Криминальный альянс
Любовь зла…
Кирилла Петрович нашел свою папку с документами о мариупольском детском доме. Но она оказалась в руках ментов дорожного патруля. А те требуют мзду.
Сергей сказал:
- Дам я тебе деньги, дам. Но ты за них отвечаешь головой. Не подведи.
Крысюк весело рассмеялся:
- Вы мне льстите, шеф. Моя голова таких денег не стоит.
- Кстати, о бабках, Кирилла Петрович, как желаете с нами работать - долей от выручки или на окладе?
- И каков будет оклад?
- Для начала две тысячи баксов.
- Нужно подумать, - сказал Крысюк.
- Подумай, конечно – имеешь право. Но я тебе так скажу – мы с Пашей давно работаем и не думали расширяться. А тебя готовы взять в команду – он тоже не против. А как получать – решай сам.
- Я вас понял.
- А, знаешь, за папку мы сами, пожалуй, похлопочем, а тебе я хочу поручить одно деликатное дельце. Красивая женщина из Генерального Штаба ВСУ желает, чтобы её дом охранял наш детектив. Она не замужем, живет одна. Мы решили послать тебя, чтобы нам избежать домашних скандалов. Денег от неё ты не жди и требуй – я буду тебе платить обещанные две тысячи долларов. А ты послужишь и заценишь своим очень мудрым взглядом, чего она стоит в деловом плане – способна ли на подлость или вранье? Цени доверие – нам важно твое мнение. А сейчас я дам тебе аванс – прикид поменяй. К ней надо явиться прилично одетым. Паша тебе в этом поможет.
На следующий день Кирилла Петрович был готов встретиться с женщиной, которую не разгадали детективы.
По указанному адресу Крысюк доехал на такси.
И вот он нажал кнопку звонка калитки в заборе, окружавшего приличную усадьбу.
На крыльцо вышла хозяйка.
Увидев Эмилию, Крысюк обалдел – смотрел и силился понять, что можно ожидать от такой вот красотки?
- Вы из детективного агентства? Ну. что ж, проходите, - пригласила хозяйка.
Гость вошел в дом.
- Живу я одна. А вот тут будет ваша комната. Оружие есть? Диктофон? Микрофон? Я не люблю эти штучки, когда они без спроса входят в дом.
- Понятно. Оружие есть, остальное отсутствует.
- Расскажите мне о себе.
Они прошли в гостиную, сели в кресла напротив друг друга.
Эмилия сидела, придерживая рукой халат у горла, и с любопытством рассматривала искалеченное войной лицо мужчины. А Кирилла Петрович, представившись, рассказывал о себе.
Разве они могли предполагать тогда, что пути их пересеклись для страшной и трагичной развязки.
А пока Крысюк, присматриваясь к женщине, пытался понять Сергея. Для чего он направил его к этой даме? Очевидно, шеф детективного агентства – не тот человек, который допускает случайности. Свои действия он рассчитывает на много ходов вперед. Скорее всего, он действительно не доверяет Эмилии и хочет приставить ней собственного человека.
А хозяйка дома была, безусловно, хороша – уверенная в себе женщина, избалованная мужским внимаем.
Размышляя о причинах, по которым Сергей направил его к этой красотке, Кирилла Петрович был прав только отчасти. Шеф детективного агентства надеялся, что Крысюк вовремя разгадает Эмилию, если та задумает какую-нибудь комбинацию против детективов «Девятого Вала».
Было еще одно прозаическое соображение. Как женщина, Эмилия боялась одна жить в пустом доме. Нужен был защитник мужского пола – пусть даже такой, видом ужасный.
В усадьбе был ухоженный сад.
В обязанности охранника дома входила функция – впускать и выпускать приходящего садовника. С ним Кирилла Петрович быстро нашел общий язык.
- Охранник? Ты что такой страшный? Собаки не дано – одним видом своим напугаешь любого вора.
- На войне искалечили. Многое понял и вернулся живым.
- Ну, тогда я тоже на фронт попрошусь, - заявил пожилой садовник. – Нынче всяких берут.
- А вот этого не советую – лучше сиди дома и люби свою семью.
- У тебя с этим как – дает хозяйка-то? Она у нас хороша, как конфетка.
Ситуация, когда в одном доме оказываются мужчина и женщина, сама по себе чревата. Это происходит на уровне подсознательном, первобытном, животном… Женщина, желая привлечь внимание мужчины, сама не замечает, как меняется её взгляд, тембр голоса, мимика и жесты. Даже лексика становится не той, и уж тем более, работа желез внутренней секреции.
А желание освободиться от стресса, приехав домой после службы, только подогревает влечение. Оставалось дождаться, когда оно однажды сработает.
Надо сказать, Кирилла Петрович Крысюк после ранения на фронте мог только мечтать о любви женщин. Его судьба – дешевые проститутки. И вдруг, надо же – такое вот счастье нежданно-негаданно привалило.
Это Эмилия однажды взяла его ладонь и положила себе на грудь.
Далее – фантастическое воплощение мечты!
После вместе смотрели телевизор, и пили хорошее молдавское вино.
Так начались их отношения.
И незаметно выросли вплоть до ощущения семейного счастья…
Крысюк после секса спал как ребенок. В темноте, слегка разжиженной светом луны в окне, Эмилия долго смотрела в изуродованное его лицо. Потом покачала головой и уткнула её в подушку. Тихо заплакала, заскулила жалобно, как побитая собака. Заснула только под утро…
Причина внезапного её настроения была вот в чем.
Эмилия, наконец, назвала Сергею фамилию генерала СБУ, получившего, по её мнению, львиную долю выручки от продажи детей в Сарагосе. Это был Левандовский Аркадий Арнольдович.
Заручившись обещанием Готовцева оплатить убийство мерзавца в золотых погонах, Сергей сообщил Эмилии:
- Покажите этого генерала нашему агенту – он приведет приговор в исполнение.
Теперь она переживала за своего безобразного ликом любовника, к которому так неожиданно привязалась. Ведь не случайно он ей как-то сказал однажды, что все лимиты на смерть у него в жизни исчерпаны.
Сам Крысюк, получив приказ от Сергея на убийство генерала СБУ, спал беспечно, как ребенок.
Утром они сели в машину – за рулем Эмилия. В дороге молчали – он настраивался, она переживала. Внешне Кирилла Петрович, казалось, не испытывал никаких эмоций.
Хладнокровный убийца её милый, думала о Кирюше Эмилия. Скольких людей он уже умертвил? И скольких ещё умертвит, рискую жизнью?
Заехали на стоянку штаб-квартиры СБУ.
Эмилия подала Крысюку фотографию:
- Это он. Сиди и жди. Когда увидишь, мне позвони.
Перед тем, как выйти, она поцеловала его в губы, тихо сказала:
- Прости меня, милый.
Лицо её было бледнее обычного.
- За что? За что я должен тебя простить?
- За все. Я очень пред тобой виновата.
Крысюк обнял её, прижал к груди, поцеловал.
- Потом поговорим.
Она посмотрела страдающим взглядом и ничего не ответила. Ушла, оставив его в машине.
Оставшись один и поглядывая по сторонам, Крысюк вспоминал «свой послужной список» - сколько он ликвидировал людей. Как говорится, по уши был в крови. И «Девятый Вал», сотрудником которого он недавно стал, хоть и занимается официально расследованиями преступлений, не гнушается сам преступать закон.
Люди сновали на стоянке. Парковались и отъезжали машины…
Ни одного знакомого лица.
Может, господина генерала подвозит к парадному входу водитель служебного автомобиля?
Настроение Крысюка постепенно портилось. Оно и так-то не было безоблачным, а теперь и вовсе…
А Эмилия переживает, что её милый сразу начнет стрелять, увидев генерала. Нет, дорогая, все не так просто. Любая операция по ликвидации высокопоставленного лица такого ранга тщательно готовится, растягиваясь на дни, недели, месяцы…
Крысюк включил радио автомобиля – в эфире колбасился президент Зеленский. Было противно и мерзко от его пустого вранья – так, что Кирилла Петрович грохнул ладонью по рулевого колесу, скрипнув зубами. Потом загнул длинную, совершенно нецензурную фразу и выключил приемник…
Вечером дома Эмилии и Крысюк обсуждали сложившуюся ситуацию.
- Ну, что будем делать, мой милый?
- Ничего. С тобою ничего.
- Не поняла.
- Ты выходишь из игры. Слишком велик риск. Я сам найду пути подхода к генералу – фото с фамилией у меня есть. А ты забудь про него – будто и не было никогда.
- Ты уверен, что правильно поступаешь?
- Абсолютно!
- Ну, неволить не буду. Хотя, признаться, не ожидала.
- Это дело профессионала. Я справлюсь один. И не наскока – нужна тщательная подготовка, как в каждом серьезном деле. А ты занимайся своими делами.
- Поняла. Мы больше не будем светиться в городе вместе. Но ты же останешься дом охранять?
- Пока – да. Потом – как дела пойдут.
- А ты в одиночку справишься? У генерала охрана.
- Не забудем загадывать – как карта ляжет.
- Удачи тебе, - она потянулась к нему с поцелуем.
Он обнял её, удивившись:
- Ты тоже хочешь его ликвидировать? За что? Личные счеты?
- Тебе не следует этого знать! Прости…
Однажды Кирилла Петрович исчез…
Генерал СБУ Аркадий Арнольдович Левандовский был полон, румян и прост. Внешне он производил впечатление любителя выкупить и закусить в хорошей компании с женщинами. Про таких говорят – жизнелюб.
Он даже не подозревал, что на него началась охота, и он скоро станет жертвой одноглазого ветерана войны…
Кирилла Петрович отследил все места, где регулярно появляется субъект. Решил, что брать генерала лучше на даче, в которую он переехал в начале лета – пока без семьи.
В день покушения Крысюк заранее пробрался на объект и затаился в шкафу. Когда приехал генерал, за окном уже было темно. Он выпил рюмку коньяка, лег и скоро уснул.
Когда в доме утихло, Крысюк выбрался из шкафа и, скользя тенью в ночи, перебил всю охрану.
Левандовский проснулся, когда луч фонаря ударил ему в глаза. Чей-то голос приказал:
- Лечь животом на пол. Руки за спину.
Генерал был профессионалом – сразу все понял и молча позволил надеть наручники на запястья. Так же спокойно спросил:
- На кого вы работаете? Кто меня заказал?
Не зная, что сказать, Крысюк ответил удивительно точно:
- Правосудие.
- Понимаю, - сказал генерал серьезно и сдержанно, имея ввиду небезызвестный в Украине «Фонд Правосудия».
Генерал СБУ, не смотря на неожиданность ситуации, взял себя в руки и стал прикидывать – как выпутаться из сложного положения. Соображал он хорошо и очень быстро понял, что дело – швах. Впрочем, если бы его хотели убить, убили на месте. Видимо, хотят вывезти в Рашку, а если не удастся – тогда уж пристрелят. Хреново!
Непрошеные слезы потекли по щекам жизнелюба Левандовского, в носу засвербело. И уже не генерал СБУ, а нечто бывшее им досель стояло перед Крысюком, не в силах смахнуть слезы со щек и утереть протекший нос. Румянец его превратился в багровость. А ведь совсем недавно этот человек был всемогущ – творил государственные дела, запросто ворочал большими деньгами, по его приказу уничтожались люди…
Кирилла Петрович, видя поверженного врага, не ощущал себя победителем. Было чувство брезгливости и прозрения к Левандовскому, разом потерявшему барскую вальяжность, распустившему слезы и сопли. И не было ни грамма жалости к этой, чванливой прежде сволочи – так жестоко поступившего с сиротами.
Интересно, как бы он поступил, если Крысюк попал к нему в лапы?
Впрочем, вопрос чисто риторический.
За окном была ночь – тихая и призрачная. Теплый ветер влетал в раскрытое окно, шевелил шторы. В свете фонарика детал тополиный пух, и надвигалась беда на хозяина дачи.
- Что ты со мной собираешься сделать? – спросил генерал.
- Ты сам знаешь. Найди себе мужество умереть офицером.
- Это бред какой-то! Что тебе нало – деньги? Скажи сколько – я найду.
- Если есть прямо здесь – не откажусь.
- Возьмешь мои деньги, а меня тут же убьешь?
- А почему бы и нет? Пойми – ты отложил свое. Тебе горячий привет от Безносой.
Где-то вдали громыхнуло, и отвлекло обоих от темы общения.
Мужчины примолкли, ожидая сирены. Не прозвучала.
Аркадий Арнольдович думал об уроде с пистолетом – кошмарит. Бандитские методы не сильно-то отличаются от практикующихся в его конторе.
Крысюк закурил и спросил, гладя на генерала пристально:
- Деньги предлагаешь… А где их куешь? Из казны воруешь? Или чем торгуешь? Оружием, например, или детьми из детских домов?
Бутонин вздрогнул и зачастил:
- Нет-нет… Слово офицера! Я служу родине честно.
- Врешь, сука. Ты дал добро на вывоз мариупольского детдома в Испанию?
- Не понимаю.
- Слушай, урод.… Или ты сейчас быстро расскажешь правду и отделаешься выкупом или встретишься с Безносой.
- Я расскажу…. Но о чем?
- О детском доме. Ну, давай по порядку. С именами, фамилиями, датами…. Как на исповеди.
Аркадий Арнольдович посмотрел на человека с пистолетом затравленно и начал говорить о своей нелегкой службе в СБУ – как он родину защищает.
Крысюк не слушал его жалкий лепет, но и не перебивал, давая выговориться и спустить пар.
Когда Левандовский замолчал, Кирилла Петрович долго смотрел, на него, размышляя. Жалости к генералу у него не добавилось. Сейчас он должен заплатить жизнью за свое ужасное деяние.
- Мне блевать хочется от того, что я узнал о тебе, - глухо сказал Крысюк. – Ведь это ты дал команду – сирот детского дома вывезти в Испанию и продать педофилам.
Генерал посмотрел на него беспомощно и растерянно. Понял, что не убедил, а что ещё говорить, не знал.
- Что тебе нужно? – в отчаяние спросил он.
- Бабки, дорогой, бабки…. Что же ещё?
- Сколько?
- Хороший вопрос! Давай посчитаем. Сколько ты заработал в Испании, плюс проценты.
Крысюк озвучил сумму.
- Ты с ума сошел! – воскликнул генерал. – Я знать ничего не знаю о каком-то там детском доме. Ты что плетешь? Кто тебе эту клевету подсунул?
- А ты что… - Кирилла Петрович грязно выругался, не слушая генерала, – отделаться хочешь тремя гривнами? Впрочем, как знаешь – твоя поганая жизнь и гроша ломанного не стоит.
Некоторое время они оба молчали, дыша тяжело, и бросая взгляды друг на друга.
Генерал настраивал себя – соберись, возьми себя в руки; ничего страшного пока не случилось…. Он прикидывал варианты. Варианты, на его взгляд, были. Главное – он не хотел быть жертвой этого одноглазого бандита, который плетет какую-то чушь о каких-то детях.
А Судьба, ему казалось, скалилась и блестела глазами в бельмах из ночной темноты за окном.
Небо затянулось тучами. Не было больше в нем звезд. Совсем не было…. Пришло время кому-то умереть.
И в это время генерал почему-то тихо сказал:
- У меня не было выхода.
- Как это – у тебя не было выхода? Скажи еще, что президент Зеленский приказал тебе продать украинских сирот в рабство педофилам. Ты, генерал, последний край переступил. Ты…
Кирилла Петрович не договорил то, что собирался сказать – махнул рукой и передернул пистолет.
Деньги, которые можно содрать с генерала, не грели, не возбуждали. Деньги часто становятся дорогою в ад. Такое у них интересное свойство. Надо убить эту тварь – и на душе станет спокойней Какая все-таки он сволочь!
Крысюк возбуждал свою злость.
А у Левандовского пересохло в горле. Он отлично понимал, какая идет сейчас борьба в голове этого одноглазого киллера. Сейчас решалась его судьба.
- А я знал, что когда-нибудь это случится – я не умру своей смертью. Но не думал, что точку в моей жизни поставит умалишенный
- Вот и ладушки, - Крысюк усмехнулся. – Сволочь ты, генерал Левандовский и добавить мне нечего.
А Аркадий Арнольдович напрягся до предела – в любой момент ударит выстрел, и земля качнется под ногами…
- Ну, пошли, - приказал Крысюк.
- Куда?
- На природу – подышим.
Генерал шел, тяжело переставляя ноги, в висках пульсировала кровь.
Они вышли в сад и через калитку в березовый колок, соседствующий с усадьбой. За деревьями был пустырь, заросший бурьяном.
Пока шли, генерал тихо матерился, будто молитву читал…
Сергей и Паша Семченко сидели в офисе и скучно пили водку – без тостов, закусывая засохшим сыром. Когда литровая бутылка водки закончилась, Сергей достал из сейфа «чекушку» спирта.
В этот момент Крысюк позвонил:
- Шеф, дело сделано.
- Подъезжай – мы с Пашей спирт глотаем за твою удачу. Прихвати закуски и пива.
- Еду.
При встрече детективы «Девятого вала» по-братски обнялись и похлопали по спинам.
- Как прошло? – поинтересовался Паша.
- Нормально.
– Не переживаешь?
- Было б из-за чего мучиться животом.
Сергей спросил:
- Не наследил?
- Нет. Все нормально.
- Тогда прими стакан на грудь и забудь.
Кирилла Петрович так и сделал. СБУ он не боялся. А генерала упрятал надежно – пусть думают, что Левандовский утек за кордон. Ведь крысам положено бечь с корабля, когда он тонет.
- Куда труп заховал? – спросил Паша.
- Зачем тебе знать? Плюнь и забудь… - и к Сергею. – А ты, шеф, разрешишь мне вернуться к Эмилии? Все у вас с ней в порядке – ещё дружите?
- Это твое личное дело – хоть женись. Только за свой счет.
Вскоре Украина узнала, что загадочно исчез генерал СБУ Левандовский А. А. – не умер, не погиб, а именно исчез. Мистика какая-то! Просто так фигуры такого масштаба не пропадают. Генерал был нужен СБУ. Он играл там не последнюю роль. Аркадия Арнольдовича ценили на службе. Исчезновение такого лица вызвало шок в Службе Безопасности Украины. Но и генералы ВСУ тоже забеспокоились – уже пора?
Жизнь, и смерть таких людей имеет огромное значение для всей страны. Верховная Рада и президент усмотрели в том подлую руку Кремля. Народ подозревал Левандовского в бегстве.
Киев замер в тревожном ожидании.
И все это на фоне разворачивающегося летнего наступления российской армии.
Когда Кирилла Петрович не пришел ночевать, Эмилия раз двадцать бралась за трубку. Но телефон его молчал. Был выходной, и Эмилия нарезалась виски в стельку.
На другой день, проснувшись одетой, с тяжелой головной болью, она стала вновь названивать любовнику. Но его телефон по-прежнему не отвечал.
Когда в новостях узнала, что бесследно пропал генерал Левандовский, поняла – Кирюша успешно справился со своей задачей и скоро вернется к ней.
Но время шло…
Однажды проснувшись разбитой, не выспавшейся, с тяжелым чувством неопределенности, несколько минут она бесцельно бродила по дому босая, в ночной сорочке.
Потом включила кофейник. Сидела в просторной кухне, как Аленушка на картине – грустная, подперев кулаком щеку.
За окном накрапывал дождь. На небе толпились серые тучи.
Почему молчит Кирюша? Куда он пропал? Жив ли? Вернется ли к ней.
Эмилия взяла в руку телефон, позвонить Сергею в детективное агентство – что слышно о Кирюше. Но трубка внезапно ожила сама.
Мистика!
После третьего гудка женщина включила «прием».
- Здравствуй милая, - сказала трубка голосом Кирюши. – Не разбудил?
- Нет, - ответила она, не веря своему счастью.
- У тебя все в порядке? Можно мне приехать к тебе?
Ответ Эмилии прозвучал неуверенно:
- Это ты или наваждение? Ты что хочешь?
- Тебя.
И тогда она поверила, просто в голове вспыхнуло, что это он, её Кирюша – жив, свободен и хочет приехать.
- Приезжай без промедления! – вскричала она.
После объятий на крыльце, прошли в дом.
- Присаживайся, дорогой, - радушно встретила гостя дорого Эмилия. – Угощайся, чем Бог послал. Вина отведай. В виноградной лозе сила скрыта благодатная.
Хозяйка собственноручно налила янтарный напиток в хрустальный бокал, глядя ласковыми глазами.
- Ну, Кирюша, рассказывай. . Хочу все знать о твоих приключениях.
- Все, о чем я тебе сейчас расскажу. Миля, - начал Кирилла Петрович, - может круто изменить нашу жизнь. И мою, и твою.
Он сделал паузу, сильно затянулся сигаретой и продолжил:
- Речь идет, я думаю, о больших деньгах.
- Мне нравится такое начало, - улыбнулась Эмилия.
- Далее будет ещё интересней. Эти деньги припрятаны генералом Левандовским где-то на его даче.
- Он не сказал где?
- Нет. Но я не убил его. Он лежит связанным в заброшенной землянке на пустыре. Я ничего не сказал о нем детективам агентства – это будет наш с тобой собственный бизнес. Давай перевезем к тебе Левандовского и поговорим с ним серьезно – о том, где он хранит свои баксы.
- Конечно. Так и сделаем, когда стемнеет.
- На данный момент о деньгах на даче Левандовского знаем только мы двое.
- Еще о них знает сам генерал – и гораздо больше нас.
Крысюк кивнул головой:
- Наша задача его убедить их нам отдать, чтобы спасти свою жизнь.
Эмилия выглядела шибко радостной. На ее красивом лице не гасла улыбка. Разговор о больших деньгах лишь добавил блеска в прекрасных глазах.
- И что же дальше? – спросила она, когда Петрович иссяк и занялся вином.
- Дальше надо ехать за генералом и привезти его сюда в багажнике твоей машины.
- Ну-ну, не торопись, - согласилась Эмилия. – Как стемнеет, так и поедем.
Потом задумчиво:
- Если у нас с тобой будет совместный бизнес, то надо бы отношения наши как-то узаконить. Ты не думаешь?
- Ты что же, - улыбнулся Крысюк, - берешь меня замуж?
- Нет, это ты меня берешь в жены, жених с приданным.
- Очень выгодный брак. Только бы Левандовский не подвел.
Кирилла Петрович и Эмилия лежали в постели – утомленные любовью, расслабленные. В такие минуты обычно возникает чувство влечения к единению.
Эмилия привстала, потянувшись за сигаретами. Кандидат в мужья смотрел на её загорелую кожу, идеальной формы груди.… Какая женщина! Любой мужик принял бы её предложение, не задумываясь.
- Я ведь серьезно, Кирюша.
Она щелкнула зажигалкой, выдохнула струйку дыма ему в лицо. Приглушенный тюлевой шторой солнечный свет золотился на её коже.
- Я согласен иметь свой бизнес. Но как же нам быть с работой – твоей и моей?
- Я уйду со службы, ты из агентства.
- На что будем жить?
- Для начала обдерем Левандовского, как липку. Потом что-нибудь ещё придумаем. Все равно Украине пипец – надо думать о себе, мой милый.
- Вот когда выпотрошим этого ублюдка, тогда и подумаем о своем бизнесе. А поку будем служить и работать
- Действительно. Размечталась! А было бы неплохо – открыть в Киеве бистро и угощать русских оккупантов. Как Париж после поражения Наполеона.
В этот вечер к разговору о браке они больше не возвращались.
Привезли генерала. Посадили его в подвал на цепь. Накормили и напоили допьяна.
Левандовский на радостях, что будет жить, сделал первый аванс – рассказал о деньгах, что хранились на даче.
Крысюка в офис вызвал Сергей.
Эмилия подвезла его к агентству – сама поехала на службу.
- Кофе будешь? – предложил шеф.
В раскрытую форточку врывался свежий утренний воздух. Прихлебывая горячий напиток, поговорили на общие темы – наступе москалей, панике на фронтах, о пресмыкающемся перед США и Европой Зеленском….
Наконец, отодвинув в сторону чашку, Сергей приступил к делам.
Положил на стол конверт:
- Это пластиковая карта Национального банка Украины с твоей платой за генерала. Мы посмотрели документы в твоей папке, электронную копию отослали в Фонд Правосудия. Пришел ответ – всех, кто участвовал в продаже сирот детского дома, к стенке. Плата за ликвидацию на уровне высшего командного состава. Всего в списке пятнадцать приговоренных преступников. Отличное число! – делится на троих. Вот твой список. Паша уже на охоте.
Крысюк пробежал список глазами:
- Просто стрелять?
- Не просто стрелять – нужны фотографии или видеоролики, подтверждающего факт возмездия. А еще лучше – сообщение в СМИ: там-то и тогда-то убит тот или та.
Крысюк невесело усмехнулся:
- И сколь за це буду маты?
Сергей озвучил расценку убийства.
- Ого! – с губ Кириллы Петровича слетела улыбка.
Зная, что Эмилия на службе, покинув офис детективного агенства, Крысюк без какой-либо цели ходил по городу несколько часов. Несколько раз заходил в разливухи и пил пиво, всматриваясь в лица киевских алкоголиков, которых ещё не отловили ТЦК.
Неожиданно для себя Кирилла Петрович оказался возле штаб-квартиры СБУ.
Вечером в подвале пытали Левандовского.
- Рюмочку коньяка для начала? – предложил Крысюк.
Генерал отказался.
- Ты как переносишь боль? Может, сразу перейдем к последним достижениям фармакологии? Всего одна инъекция стопроцентно развязывает язык. Проверено.
Левандовский не смотрел на женщину и пытался сделать вид, что они совсем незнакомы.
Себя уговаривал – что-то с памятью моей стало.
Эмилия тоже делала вид, что они не знакомы.
Тем временем, Крысюк продолжал:
- Мне, честное слово, не хочется к этому прибегать. Выслушайте меня внимательно, Аркадий Арнольдович. Я хочу, чтобы вы поняли – мы готовы вам все простить, вопрос только в деньгах. Поделитесь с нами своими вкладами и будете жить.
- Сколько вам нужно? – спросил Левандовский.
- Чем больше, тем лучше, - подала голос Эмилия.
- Это не разговор. Назовите сумму.
- Половину того, вы что имеете.
- Хорошо. Двести тысяч долларов хватит?
- Если вы ведете игру честно, то да. Но проведем расследование, и берегись, если нас надуваете, - это Эмилия.
А Крысюк:
- Я рад, что мы друг друга поняли без фармакопеи. Мы готовы от вас принять двести тысяч долларов. Тянуть незачем, время – деньги.
- А какие условия? Вы отпустите меня?
- Условия? – живо отозвался Кирилла Петрович. – Давайте обсудим. Вы же понимаете свое состояние. Вы наличными двести тысяч, а мы отпускаем вас и впредь не трогаем.
Левандовский, прикованный к нарам, сидел ошеломленный. Происходящее казалось нереальным. Происходящее казалось бредом. Или сном.
- А вы какие даете гарантии?
- Какие же тут могут гарантии? Моего честного слова достаточно?
Генерал мучительно думал – как поступить? Отказаться? Будут пытать – колоть всякую ерунду. Согласиться? Обманут наверняка. Им не выгодно его отпускать живым…
- Я согласен.
- Ну и ладушки! – весело сказал Кирилла Петрович. – Я вообще-то и не сомневался. Разумные люди всегда могут найти общий язык без всяких киношных ужасов – крови и боли. Отношения, построенные на взаимном доверии, гораздо более предпочтительны. Не так ли?