Буддисты
«Быть в рабстве даже у Бога – самоубийство».
Ирина работала над статьёй о мусульманских погромах в Киеве.
Обратилась к Ольге:
- Поправь меня, если что не так.
Она зачитала написанный текст.
Оля головой покачала:
- Жуткие дела творят раскольники в городе – убийства, насилия, ненависть, взрыв эмоций – аффект… Да они просто психи. Интересно, остались в столице Околицы нормальные люди или нет?
- Не поняла. Они все нормальные. Но кто-то заводит их до бесовского состояния.
- А я бы сказала, что их поведение выглядит, во-первых, трусливым, а во-вторых, совершенно неадекватным нормальному, человеческому. Не похожи они на людей.
- Не похожи, - согласилась Ирина. Но думала она о своем.
- И что мы имеем?
- Вроде нормальные люди собираются на воскресению литургию и нашпигованные проповедью митрополита Дуренко, вдруг лишаются собственных воли и чувств, и взрывной волной ненависти обрушиваются на ни в чем неповинный народ. Все население запугали.
- Нелюди, они и есть нелюди, - напомнила Оля.
- Каким же образом сумел получить власть над верующими митрополит Киевский?
- Проповедями. И не со славу Божью, а для собственной выгоды.
- Людей запугивает и уверен в собственной безопасности?
- Шпион, проныра, шантажист – митрополит киевский, - подвела итог Оля.
И Саня:
- Пора ему делать кердык.
- По этим делам ты у нас специалист. Вернее, Груня, твой приятель. Что молчишь?
- Сделать заказ? А кто платит и сколько? Он за так не работает – учти.
- Я даже не могу предположить. Кандидатов много, все богатые, но молчат, как воды в рот набрали. Их сейчас война в Палестине напрягает.
- Может, к Кадырову обратиться?
- Знаешь, что народ про него говорит, - заметила Ира. – Знаешь, чем он знаменит?
- Нет, - признались супруги. – Мы все внимание.
- Он всегда знает как, что и почему. Иногда, даже жутко становится. Будто Бог мусульманский перед тобой.
- Так что же ждем? – спросила Оля. - Позвони, попросись на прием. Ты же была у него в начале зимы. Продолжи знакомство.
Увидеться с Богом никогда не лишне, подумала Ира. А сейчас, когда дела с мусульманским финансированием киевских проблем зашли в тупик, то самое время.
- Не знаю, - сказала Ирина. Неплохо бы, конечно, доставить себе удовольствие взглянуть на легендарную личность лидера Чечни, подумала она. – Когда речь заходит о смертной казни, Рамзан Ахматович всегда говорит – мне плевать на законность, был бы мотив убедительный.
- Тогда митрополит Дуренко приговорен. – у Ольги не осталось сомнений на этот счет.
- По такому безумцу давно плачет плаза. И голову ломать тут не надо под Божий мотив. Едем к Кадырову! – заявил Саня.
- А не кажется вам, что уж слишком все просто? - возразила Ольга Алексеевна, покачав головой.
- Разман Ахматович и сам на редкость прост, - довольно улыбнулась Ирина. – Удивительный человек. Я его имею в виду его ум, интуицию…
- Но? – вскинула брови Оля, ожидая продолжения.
- И потребует голову в доказательство, как в прошлый раз. Помнится, Саня, рассказывал, что у приятеля его возникли с этим затруднения. Я думаю, прежде чем ехать в Грозный, этот вопрос согласовать надо с Груней.
- Что ты имеешь в виду?
- Что я имею в виду… Выпросить деньги у Кадырова на благое дело легко и просто – как два пальца облизать. Но как Груни голову митрополита через линию фронта переправить? Прошлый раз повезло. Но нельзя на везение каждый раз уповать.
- Ты так считаешь?
- И знаешь, что самое поганое в ситуации?
- Откуда мне? Подскажи.
- А во что. Переговоры с арабами уже идут, шейхи задумались над проблемами в Киеве. Если мы в одночасье решим беды украинских мусульман, шиш получим от нефтедобытчиков.
- А не волнует, что люди страдают?
- Революцию надо выстрадать – учат классики. Если терпят, ещё не готовы. Значит, больше наших ребят погибнет на полях сражений, освобождая Околицу от фашистской нечестии.
После Олиной тирады, наступила грустная тишина. Все задумались…
9 февраля, в последний день уходящего года по буддистскому календарю Сергей ГРУ наметил объехать все киевские центры обучения мирян тибетской культуре и религии. Рассуждал он так – веришь в Бога, плати, а то по шее получишь. Убедительные примеры налицо – погромы в приходах РПЦ, костелах католиков, мечетях мусульман… Нет денег? Собирайте с мирян – шутки с раскольниками Киева плохи.
В центрах буддизма, школах, общинах в честь наступающего Нового Года готовились к празднику. Но служебное усердие, отметил Сергей, оставляло желать лучшего – нельзя сказать, чтобы работа кипела. А может, они так по жизни неторопливы?
Унылое настроение передалось визитеру.
Убранство помещений красочно, но дешево, не бросается в глаза восточным шармом, с неудовольствием подумал гость незваный. Но лама присутствовал и готов быть принять.
Сергей как смог поприветствовал его и поздравил с наступающим Новым Годом.
Через минуту-другую беседы решил – он ненормальный, кто зовет себе ламой. Ну вот, напоролся на философа – разочарованно вздохнул гость. Тем не менее, объяснил цель визита, и попросил дать ему вразумительный ответ без раздумий – да или нет – поскольку он занятой человек.
- Прямо сейчас, - согласился лама и попросил гостя пройти в кабинет.
Через несколько минут Сергей стоял на пороге скромного помещения.
- Пожалуйста, садитесь, - лама показал на старинный стул с подлокотниками, стоявший напротив него у большого письменного стола. – С кем имею честь?
- Я посланник киевского митрополита, - представился Сергей и назвал свое имя.
Странный мужик, подумал гость незваный. Маленький, бритоголовый, но очень крепкий, почти квадратный. Глаза внимательные. Смотрит на него с нескрываемым неодобрением, нимало при этом не смущаясь.
- А я местный лама, то есть учитель. Могу называть вас Сергеем?
- Конечно, - слегка улыбнулся гость.
Держи, Серега, ушки на макушке, сказал сам себе.
- И что я могу для вас сделать? – спросил лама. – Можете пожелать, чего хотите своей душе, потому что через меня вы говорите с Буддой.
- В таком случае я хотел бы попросить вас о денежных взносах в казну УПЦ за право проповедать вашу религию на территории Украины.
- Предложение не по моей части. Вам надо многое объяснить - вздохнул лама. - Но с чего же начинать? Во-первых, буддизм – это не регилия, а философия. Мы не поклоняемся, как вы, Божеству, но ищем пути совершенства души, а его учение нам в помощь.
- Нас не интересует верите или не верите вы в Будду. Нас интересует то, что вы не является прихожанами Украинской Православной Церкви и смущаете разными бреднями остальных мирян. Вопрос ставим ребром – либо вы платите за право встречается на данной территории и чем-то там заниматься, либо мы вас закроем.
- Мы зарегистрированы государством.
- Есть государство и есть народ, то есть верующие УПЦ. Вы в курсе, что прихожане Лавры творят с мусульманами? Такое может случиться и с вами.
О! – шутливо воскликнул лама. – нам ли бояться гонений толпы? Луч надежды рассеет мрак несчастной души. А что касается платы за право совершенствовать свое сознание, - продолжил он серьезно, - спросите у моих учеников.
- Нет, спасибо, - поблагодарил Сергей. – К ученикам вашим я не пойду. Вы спросите об этом сами – хотите встречаться и совершенствоваться, гоните бабки. За на свете надо платить.
- Гармония души, - влюблено вздохнул лама. Он, похоже, уходил в нирвану.
- Э, постой, друг – немного повремени. Я ведь с добром пришел. А вы погромщиков не боитесь? Когда к вам они придут, поздно будет. Я уже ухожу, но у меня не сложилось впечатления, что был понят.
- Жутковатое впечатление, - лама невесело.
- Что вы имеете в виду?
- Я не обещаю вам денег – у нас нет казны. Но обещаю поговорить с мирянами – что они скажут.
- .Я к вам заеду в понедельник, во второй половине дня.
- Думаю, я смогу дать ответ.
- Тогда, всего хорошего.
Когда Сергей добрался до очередного «храма» буддистов, он уже знал, как разговаривать с ламой – очаровательно, просто очаровательно. Быстро поговорили и договорились – всё решают миряне. Дадут денег – живи храм в мире, не дадут – круши его и ломай.
В Киеве 13 буддистских общин. К полуночи Сергей объехал все.
Овчинка стоила выделки.
По крайней мере, подумал он, они не бьют поклонов, а медитируют – и тем привлекательны. Они уже не угрожал ламам, а спасал обители их от разгула раскольников и очень этим себе нравился. Твердо решил, если где-нибудь выстрелит деньгами, не трогать всех остальных. Погромщикам только дай разгуляться!
Последний из собеседников, лама, усмехнулся, выслушав визитера::
- А! В Киеве повторяется китайский радикализм – хунвейбины великого кормчего Зеленского…
- Можете так считать, если вам удобнее, - согласился Сергей, обводя кабинет взглядом.
- Боюсь, что действуете вы бандитскими методами. До безумия начитались детективов и – айда пошел. Вот скажите, насколько ваши денежные поборы соответствуют законам?
- А кто вас приглашал в нашу страну? – теперь терпите беззаконие. К сему - смущаете мирян своими бреднями. Я стараюсь от философов держаться подальше, но признаюсь, мне не безразличны страдания людей. Вас будут душить религиозные фанаты.
- Ну, все уж не так страшно, - улыбнулся лама. – Хотя я понимаю, о чем вы.
Вот болтун попался, подумал Сергей.
- Я понимаю, о чем вы говорите, - продолжил лама. – Мв пережили это в Китае – молодежный радикализм. Все боролись за мир, были красными, социалистами, коммунистами, участвовали во всевозможных движениях на все буквы алфавита. Маршировали перед американскими посольствами…
- А фашистами не были? Украина вам предоставит эту возможность.
При этом подумал, у нациков одними демонстрациями не отделаешься – повоевать придется.
- Нет, не был. А что вы имеете в виду?
- Если вы имеете гражданство украинское, вас могут призвать на военную службу и отправить на фронт.
- Я не столь юн для подобных кульбитов. А вот у вас самый подходящий возраст. Но вы не служите. Почему?
- Я служу себе лично, - возразил Сергей чуть ли не обидой. – У меня всегда все на месте – сердце слева, а бумажник справа. По этой причине я отказался от каких-либо убеждений, кроме своих собственных, поняв, куда это может завести.
- Так где вы служите? – переспросил лама.
- Я служу у себя и для себя, - с оттенком гордости провозгласил Сергей. – Могу себе это позволить.
- А я не могу, - лама вдруг сделался серьезным. – Сегодня мирянам Украины приходится туго, но они сами избрали такую судьбу. Люди старается приспособиться к своему времени. Когда времена меняются, вместе с ними меняется жизнь человека. Только очень немногие удостаиваются права быть похожими на подводное течение и гнать собственную волну.
- Хорошо сказано, - одобрил Сергей.
- Я знаю, - ухмыльнулся лама.
- Очень жаль, что мы не договорились. Вы сейчас прячетесь за чужие спины. Я побывал во всех буддистских приходах – все согласилась скинуться от греха. А не могу сказать фанатикам – этого бейте, а того не троньте.
- Я доводу вашу информацию до мирян.
- Уже лучше, - улыбнулся Сергей.
- Живите надеждой, - заявил лама, прощаясь.
Дни пошли бурные, переполненные.
В воскресенье, после литургии в Лавре, раскольники поехали громить мусульман.
В понедельник, как и было условлено, Сергей завернул к Моше Асману.
Взглянув на его сияющую физиономию, заподозрил неладное – бунт на корабле? Но все было пучком. Баучильчик с ассигнациями ждал своего нового хозяина на столе главного раввина Украины.
- Думаете, Моше Асман не держит слова? – и предложил. – Чай, кофе, коньячок?
Ах ты, сука жидовская! – подумал Сергей на неизменное обаяние хозяина кабинета, а вслух произнес чуть ли не нежностью:
- Кофе, если можно. Я за рулем.
- Будете пересчитывать?
- Бросьте. Что вы! Мы ведь джентльмены, - Сергей держал марку, а в голосе слышалось сомнение.
- Все в норме с раскольниками? – осклабился главный раввин. – В послушании? Идут, куда ведут?
- Вполне управляемая масса.
- Слышал я, - Моше пристально посмотрел на гостя, - с подобными предложения вы подступали и к буддистам. Как там дела? Услышали вас? Или философы считают Бог в душе – с неё и спрос…
Сергей хотел что-то возразить, но Асман предостерегающе поднял руку.
- Если это служебная тайна, можете не говорить.
- Раэ уже знаете, что там скрывать, - раздраженно ответил гость. – Но если речь зашла, вы бы как поступили на моем месте? Как с этими ламами общаться? Как доводить до них суть. Поправьте меня, если я ошибаюсь.
- Буддисты – дело тонкое, - твердо заявил главный раввин и почему-то криво улыбнулся, будто припоминая нечто неприятное.
- Я перечислил все аргументы, - словно оправдываясь, сказал Сергей. Ему почему-то стало не по себе под взглядом этого умного человека. – И надеюсь, что все они учтены.
- Я изучал Агни-Йогу, - угрюмо взглянул на гостя Моше, - и ничего в ней не нашел для себя Что, собственно говоря, утверждает эта философия? Очень неясно и расплывчато. Другое дело, религия, там есть Бог, и он всегда прав.
- А буддизм? – кисло спросил Сергей.
Кто бы подумал, что придут времена, и знатока персидской культуры будут наставлять натуральный еврей.
- Если у тебя время есть, и готов, меня не прерывая, послушать, я расскажу тебе о буддизме, все что знаю о нем и думаю. Зачем? Легче будет с ламами общаться. Ведь ты обещаешь им надежную «крышу», а они «не петрят», что и почем. И становится дюже интересным, что и как им наговорил ты, - Моше улыбнулся Сергею почти ласково.
- Беседовал я со многими ламами, но ничего конкретного не припомню.
Прозвучало отказом от консультации.
- Хорошо, - закивал главный раввин, - если не получится «крышевать» буддистов, обращайся – помогу, чем смогу.
- Может, получится, - заявил Сергей. – Расставались мы на позитиве.
И Асман согласился:
- Такое пугало, как раскольники, кого угодно убедят.
Молодой человек подумал – а ты мне что предлагал? Похоже, на разговор по душам.
Главный раввин пристально посмотрел на гостя:
- Есть ещё вопросы?
- Нет, - ответил Сергей.
Моше Асмана надо держать под прицелом, подумал он, этот тип опасен для жизни. Как-то в общину евреев попал?
- Вот и хорошо. О чем бишь говорил я? Ага, вспомнил. Ты не хочешь «крышевать» протестантов? У них нет общины в Киеве – кажлая церковь сама по себе. Но поголовьем своим, пожалуй, православию не уступит – не УПЦ, не РПЦ.
- Нет, - медленно откликнулся Сергей, а сам подумал – если да, то без тебя.
- Вот ты сказал «нет», - с нажимом произнес Моше. – А если надумаешь, позвони. Я научу тебя, как надо с ними говорить.
- Вряд ли в этом есть необходимость, - возразил Сергей.
Хотя интересно было бы поглядеть, как главный раввин с протестантами разберется.
- Ну вот и хорошо, - сказал Асман, - значит, договорились.
Ни о чем мы не договорились, подумал «крышевальщик», но промолчал, а сказал вот что:
- Посмотрим, как ещё буддисты себя поведут.
- Я уверен, и соберут, и отдадут – деньги для философов не ценность. Можешь не сомневаться.
Главному раввину Киева и всей Украины надо лечиться, решил Серега. – он ненормальный.
Но в отношении буддистов Моше Асман оказался прав. В первом же центре на столе в кабинете Сергея ожидал поднос с кучей монет и купюр. Их даже не считали – что миряне накидали на защиту своего храма, то и…
На поднос с деньгами визитер смотрел, как вороженный – словно был ему послан с неба. Может быть, в недалеком будущем Серёга и сам примет культуру Будду. Но сначала надо закончить университет. Учеба длится уже десять лет, а до диплома ещё далеко. А уж потом…
Потом он точно уедет в Вавилон и будет изучать древнеперсидскую культуру – и для себя лично и будущей мировой славы ученого. Он чувствовал, что на вавилонских раскопках найдет что-то такое, что прославит его имя на веки вечные..
Проблемы его с учебой в университете были совсем другого рода и были намного проще в том смысле, что составляли девяносто девять процентов всех его проблем. Он не умел копить деньги. Они сводили его с ума. Стоило завестись чему-то в кармане, он и тут же он бросался в авантюры. Обязательно надо посетить самый роскошный ресторан. Самые дороги шлюхи к его услугах – он так долго терпел. То да се… тут и деньгам конец. Опять полуголодное существование студента-недоучки…
При этом Серёга твердо верил, что теория и практика отличается так же, как фантазия и действительность: универ ему нужен ради диплома. Однажды он уехал на раскопки, на уплатив за учебу. Артефактов тогда не рыл, зато впечатлений на всю жизнь.
Главная беда заключалась в том, что у него не было постоянной надежной работы. Казенную службу он презирал. С охотой вкалывал на Фонд Правосудия, затейливо исполняя задания Готовцева. Подручных завел. Но бабок все равно не хватало.
Теперь, кажется, замаячило свое дело – надежный источник.
Пока Фонд Правосудия скребет деньги у арабов-нефтедобытчиков, Сергей приберет к рукам жидов и буддистов. А там, хорошую мысль подкинул Моше Асман, и до протестантов дойдет черед.
Пока люди верят в Бога, а митрополит Дуренко творит в душах прихожан смуту, Серёга не останется без доходов.
У него были козыри на руках. Бородавка подсунет его высокопреосвященству материал, какой лучший друг и благодетель ему подскажешь. Он был счастлив. Пока на Украине творятся такие безобразия, Серега будет в шоколаде. И исполнятся все его мечты.
К черту все! Деньги будут – купит диплом и уедет в Вавилон.
Серега объехал все буддистские центры, собрался все, что ему насыпали миряне, предупредил, что через неделю появится снова. Потом позвонил Бородавке и предложил вместе пойти на ленч. Голос у него был счастливый, и Юрию Николаевичу не составила труда вычислить почему.
Они вновь заказали свиные ножки, так понравившиеся Бородавке, с пюре из репы, пастернака и сельдерея, по бокалу пива и, если не считать, что пиво было безалкогольным, трапеза вполне соответствовала образу делового человека.
Бородавка повертел вилку в руках.
- Ты можешь молчать, - проворчал он. – Но я с утра наслушался таких рассказов о вчерашнем мусульманском погроме. Что творится! Что творится! Боже мой!
- Никого не убили? – спросил Сергей.
- Почти все побиты, - кивнул Ьородавка. – Отеуда в людях такая жестокость? Пора завязывать!
- Исключено! – его собеседник отрицательно покачал головой. – Ты смотри, какие бабки я привез. Твоя доля…
Он поставил на стол целлофановый пакет, сверху прикрытый газетой.
- Много здесь?
- Дома пересчитаешь. И это только начало. Каждую неделю будут постоступления, а ты терпи – не сбивай его высокопреосвященство с верного пути.
- Что маме сказать?
- Спрячь и всё. Копи на свадебное путешествие куда-нибудь в жаркие страны.
- Я не привык врать маме.
- А ты не говори ей ничего.
- Я так не могу.
- Ты хочешь хранить свои деньги у меня квартире? Ноу проблем.
Сергей убрал пакет под стол.
- Даже не хочешь пересчитать?
- Думаю, ты меня не будешь обманывать. И потом, я ещё не привык считать их своими. Когда привыкну, тогда заберу.
- Вот человек! – удивился Сергей.
- И не надо врать маме, - вдохнул облегченно Бородавка.
Таких людей поискать – подумал Сергей и проникся к Юрию Николаевичу уважением.
- А ты, приятель, идеалист-филантроп. Тебе бы в буддисты податься.
- Но я же не отказываюсь от них. Надо только повременить, привыкнуть к ним. А у тебя, стало быть, вс1 получилось. Расскажи, как их шантажировал? – Бородавка с интересом уставился на Сергея.
- Все просто, как дважды два. Вы с его высокопреосвященством запугали весь город.
- Как ты думаешь дальше действовать?
- Объехать все приходы протестантов и припугнуть их до смерти, - по-волчьи усмехнулся шантажист.
Прокурор полезет на стенку, подумал Юрий Николаевич, если до него дойдет.
- Не выйдет, - вздохнул Бородавка. – С протестантами у тебя ничего выйдет. Они обратятся в прокуратуру.
- Не выйдет, значит, не выйдет, - погрустнел Сергей. – Буду пытаться.
- А может, хватит нам денег – от буддистов, евреев?
- Денег никогда не бывает достаточно.
Шантаж – самый легкий способ добычи бабок. В этом Сергей убедился за прошедшую неделю. Даже убийства не дают такого результата. Ему довелось участвовать в несчетном множестве «мокрых» дел, причем, не только организатором, но и исполнителем. Платил ему Форд Правосудия, а он рассчитывался с подручными по доле участия.
И на долю посредника оставались гроши – особенно в последнее время. Инициатива исполнителей увядает, энтузиазм иссякает, поток фактов и свидетельств постепенно редеет и истощается, привычная работа становится все более и более опасной. Прокуратура собирает факты, круг подозреваемых сужается, и непростительные ошибки превращаются в уголовные дела.
Получив от Фонда Правосудия новый перевод, Сергей в очередной раз с грустью убедился, что убийствами на Украине не прокормиться. Бывшим удачным промысел медленно погружается в сон, переходящий в летаргию и неизбежную смерть.
Раздавая «агентам смерти» полученные из России деньги, Сергей не понукал их на убийства, понимая, как трудно тем приходится.
При последней встрече Арпа единственный, кто предоставил свидетельства нового убийства трех французский наемников в порносалоне. И это преступление не было задуманным. Мужчины подрались, не поделив девиц, и Агильмантас хладнокровно прикончил всех троих ножом. А потом скрылся неопознанным, опорожнив камеру видеонаблюдения.
Город становился небезопасен в любое время суток. Что-то творилось со столицей Незалежной. А вернее, с её людьми.
Сергей и сам едва не лишился жизни, казалось бы, в безобиднейшей ситуации.
Пока есть бабки, решил разом покончить со своим затянувшимся образованием. А точнее – купить диплом. Студенты говорили, что эти вопросы легко решает проректор по учебной части по фамилии Закусило.
Вот ему-то Сергей и предложил сделку.
Первые пять минут проректор сидел молча, уставившись на визитера, лишь жилка на виске у него извивалась, как только что насаженный на крючок червяк. А потом он, несмотря на солидные годы, резко вскочил и, перегнувшись через стол, попытался схватить студента за горло. Наверное, ему очень захотелось прекратить творящееся в обществе безумие и внести в свое существование хоть немного гармонии и покоя.
Сергею удалось увернуться, он выскочил из кабинета и, как газель, понесся по коридору, а проректор орал что-то вслед.
Я тебя прикончу, жирная свинья – поклялся в одночасье отчисленный студент.
И прикончил. Только сделал это один из «агентов смерти». А у Сергея было железное алиби.
В Киеве начали отлавливать мужчин и женщин и без всяких повесток отправлять в ВСУ. Ещё одна напасть – без дела не шляйся. И вообще, пешком ходить стало опасно.
Теперь, отчисленный из универа, Сергей стал желанной добычей для военкома.
По уму – надо рвать когти из города, например, к деду, в тихую деревушку, но денежные дела держали в Киеве, оставить которые никак нельзя.
Накройтесь вы все медный тазом! – зло подумал Сергей о правительстве и всех, кто имел маломальскую власть. Пошел в городскую администрацию и оформил патент на частный сыск.
- Вы служили в полиции? – спросили его.
- Негласным агентом.
- Этого недостаточно, - но оформили: парень платили за лицензию деньги. И выдали разрешение на право ношения оружия.
С домашней кухней было покончено.
Однажды в ресторане к нему подсел пожилой полицейский.
Где-то Серега его видел, но имя не мог припомнить. Кажется, он служит на патрульной машине.
Как же зовут? Вроде бы Стратий…
Сергей лихорадочно копался в памяти. Лица он запоминал прекрасно, а с именами возникали трудности.
- Стратий, - представился тот, - Иван Иосифович. Хочу обменяться парой слов.
- Садись, - Сергей указал на свободный стул.
У Стратия к нему было дело. Это новоявленный сыщик понял сразу, и все же, для того чтобы начать разговор, потребовалось минут пять беканья и меканья.
- Мне тут сказали, ты частный сыском занимаешься.
Сергей кивнул:
- А что?
- Имею компромат на один высший военный чин.
- Слушаю.
Стратий поежился и огляделся.
- Собственно говоря, я не должен бы это рассказывать. Но тебе-то могу сказать.
Ну так говори же, подумал Сергей, раздражаясь.
- Ты его подозреваешь в шпионаже, - предположил он и осклабился.
- В самую точку, - подтвердил Стратий, - И есть фотография, где он с русским шпионом.
- Что за чин? – спросил Сергей.
Давай выдавай, подумал он. Не целый ведь день здесь с тобой сидеть.
- Я боюсь: человек-то могущественный - сообщил Стратий. – Прознает про меня и поминай звали.
- Боишься, не лезь, - Сергей посоветовал
- Заработать, однако, хочется.
- Жуткая история, - задумчиво произнес частный сыщик. – Почему ко мне?
- Ну, не полицейское управление мне с этим..
- СБУ?
- А вдруг они связаны? Да не поверят, никому, только лишь частному лицу вроде тебя. Давай так скооперируемся – у меня есть фото (ты знаешь о чем), ты суетишься: изучаешь подходы (может быть, компромат генералу загнать), а деньги поделим пополам. Идет?
- Не боишься, что мы с генералом снюхаемся и тебя кокнем.
- Все может быть, но тебе я верю.
- В военную прокуратуру не думал отдать?
- За медаль? Нет, спасибо.
- Это точно. Бабок с них ты не получишь. Это так же точно, как то, что у турок глаза карие, - усмехнулся частный сыщик.
- Мысль понятна, - улыбнулся Стратий в ответ. – Хотя я слышал, что чуть не у половины турок глаза голубые или серые. Впрочем, сейчас не об этом речь.Ты согласен?
- Чем я могу тебе помочь? – спросил Сергей.
- Думай, как деньги надыбать. Моя доля фото, остальное твое.
- Можно загнать журналисту с газеты – самый безопасный вариант. Но больше отвалит сам генерал. И потом постарается нас пришить, - вслух рассуждал частный детектив.
Стратий внимательно слушал.
- Могу узнать имя нашего героя.
Пожилой полицейский достал из кармана и написал фамилию на салфетке. Убедившись, что Сергей её прочел, щелкнул зажигалкой и сжег бумажку.
- А на фото точно ватник?
- Причем известный. Сидит сейчас у СБУ, гонит пургу. Он специалист по вербовке.
- Откуда информация?
- Служебная утечка, - улыбнулся Стратий. – Но москаль не наш клиент. Давай займемся генералом.
- Твое участие?
- Можешь располагать мною в разумных пределах.
Ясно, подумал Сергей, риск ты не пойдешь.
- Ты на что намекаешь? – спросил Стратий.
- А все равно. Не будем об этом. Фотография-то убедительная?
- Руки жмут. Улыбаются.
- Мало ли чего! Может, они друзья? Они хорошо знакомы?
- Украинский генерал. и бывший рашкин дипломат, который сейчас сидит в тюрьме?
- Дипломатов не садят в тюрьму – их высылают.
- Этот допрыгался. К тому же на него запрос из США на экстрадицию.
- Как только началась война, русское посольство уехало.
- Этот остался, и снова пробрался… Тебе-то что до него? Наша цель – генерал, повторяю я.
- Похоже на то…
- Похоже.., - Стратий покачал головой, словно отвечая на собственные мысли. – Помнишь, что Черчилль все время во врем войны повторял?
- Куда мне до Черчилля?
- Конечно-конечно… Так он повторял – кто упрежден, тот вооружен.
- И причем здесь он?
- А ты думай-думай, частный детектив…
В январе контрнаступ ВСУ пошел разко на спад. А уже в феврале по всей линии соприкосновения Российская армия пришла в движение. Медленно, но неуклонно, сохраняя бойцов, наши соединяя, ломая оборону противника, продвигались, освобождая юго-восточную Украину.
Зеленский отправил главкома ВСУ Залужного в отставку, не предложив ничего взамен – на полную изоляцию, лишив какого бы то ни было политического влияния, в добровольное изгнание, по сути дела.
Новым командующим ВСУ был назначен Александр Сырский, которого солдаты на фронте прозвали «Генерал 200». Этот военачальник совершенно не считается с потерями и не бережет солдат.
Если верить политическим аналитикам, перемещением глакома президент Зеленский совершил роковую ошибку для судьбы Украины. Но посмотрим – время покажет.
По крайней мере, наступательные действия российской армии стали более стремительные. Предсказывали, фронт вообще скоро развалится.
Поток беженцев из Незалежной увечился в геометрической прогрессии. Тысячи украинцев пересекали границу с Польшей, находя убежище в странах Западной Европы.
Все попытки закрыть границу силовым способом заканчивались стрельбой с убитыми и ранеными.
В этих условиях, продавив сопротивление венгров, Европейский Союз проголосовал за выделение Украине 50 миллиардов евро на продолжение войны. Но это не единственная подачка. Сенат США одобрил предоставление Незалежной более 60 миллиардов долларов помощи.
Денежная лавина ещё не обрушилась, а фронт уже трещит по швам. Щекотливая ситуация – кто кого опередим? Что предпримет Зеленский, спасая ситуацию?
Главный вопрос был совершенно ясен – как навести порядок в проблеме с беженцами, чтобы новобранцами пополнить ряды ВСУ. Предлагалось – либо закрыть границы наглухо, либо дать гражданам возможность подать заявку на получение зарубежного паспорта и заодно проверить – годен-не-годен к строевой службе в Вооруженных Силах..
Предложение о новых правилах выезда обсуждалось в Верховной Раде. В текст наскоро внесли кое-какие изменения, и предложение было принято.
Зеленский выступил на пресс-конференции для иностранных журналистов, которую напрямую транслировали по украинскую телевидению. Президент специально подчеркнул, что главной новостью является именно решение о новых правилах выезда из страны. Это прозвучало сенсацией.
В самом конце Зеленскому задали вопрос – не являются ли новые правила выезда большой политической ошибкой? Это в какой-то объясняет странное поведение президента на пресс-конференции.
Ответ лидера Украины был многословен, не особо вразумителен, но смысл его поразил всех. Верховая Рада якобы только что приняла решение, что каждый гражданин Украины может выезжать из страны.
Неплохая новость, особенно если знаешь, что произошло потом.
Сергей смотрел пресс-конференцию по телевизору. И под занавес было сказано нечто, что кофе попал в горло. Произошло это именно в тот момент, президент Зеленский рассказывал журналистам о новых правилах выезда из страны. Хуже всего было то, что он понятия не имел, как к этому относиться.
Вначале он ликовал – путь к Вавилону теперь свободен! И деньги были… Но поразмыслив, признал это решение вряд ли можно надо удачным. Бросить начатый шантаж иноверцев? Да и дело новое с генералом по части сыска? Нет, он настолько глуп!
Во всяком случае, время терпит – Вавилон от него никуда не денется.
А потом началось, то что предсказывали осторожные люди.
Желающих выехать за границу верстали в солдаты – мужчин, женщин, стариков и недорослей. Сергей порадовался за свою осторожность. Хотя он не был аналитиком, но жить к тому шла и подсказывала. И сидит он теперь в баре за кружкой пива у телевизора, а не в грязном сыром окопе, утешая себя мыслями – за Незалежную, но без Зеленского.
И ещё, думал Сергей – если служить, то в СБУ. Жаль никто не предлагал.
Он бы не отказался от резидентства. Скажем, агентом ЦРУ – самое то. А что? Послужить до пенсии – а там копай свой Вавилон.