В. Павловский.
Скандал
А мне привычно снится демон.
Он стал почти мне, как родной.
Но боже, где же это? … где он?
Он! ... Он в подъезд заходит мой.
Вот он взглянул и настежь двери.
Он входит, крутит головой…
За ним вослед вбегают звери –
Два ягуара. Демон мой
Вдруг ненароком видит Глашу.
Та встала, что-то верещит.
И демон цыкнул кошкам: ваша!
И замер тут же, и молчит.
Бросок стремительный… Успела
Глафира взвизгнуть, как свинья.
Как когти впились в ее тело ...
О ужас! Ужас! Вижу я,
Как вдруг из вспоротого брюха
Полезли красные кишки.
Еще удар и череп глухо
Вдруг треснул! Серые мозги
Летят и брызжут прям на стену.
И вот уж все в крови кругом!
Надменно демон смотрит сцену,
А у меня, аж в горле ком!
От ужаса дрожат колени
И сердце прям из груди вон!
Но кончено! И дальше он
Идет и входит на ступени.
Его походка тяжела!
Дрожат бетонные ступени.
Огромный, будто бы скала!
Вокруг него играют тени
Кроваво-красным цветом зла.
Этаж второй. И он у двери.
Удар! Сорвал ее с петель.
И входит, пасть свою ощеря,
И смотрит на мою постель!
Я весь в поту, дрожу – так страшно!
Он встал ... Глаза его горят.
Мелькают мысли ... Ах! Неважно.
Ничто уж не поможет! Вряд ...
В башке мелькает как-то дробно:
Ужель конец пришел, так что ж ...
А он ревет внутриутробно:
Где нож! ... Где нож! ... Где нож! … Где нож!
И в этот миг я просыпаюсь.
Уже совсем-совсем светло.
Рассеялось ночное зло!
Фу! Слава Богу! Поднимаюсь.
В башке еще ночной галдеж:
Где нож, где нож, где нож, где нож!
А в самом деле погляжу.
Угрюмо к шкафу подхожу,
Резную открываю дверцу
И тут же замирает сердце!
Все есть – коробка, вот пакет!
Но, Боже! А ножа там нет.
Иду на кухню: Маша, Маша!
Сидит на кухне за столом.
— Вот проводила только Глашу! -
Сквозь зубы цедит сжатым ртом.
Похоже, сейчас грянет гром.
Но нет! Прошла вдруг туча мимо.
– Как спал, налить ли кофейка?
Но что-то в воздухе незримо
Висит! И жилкой бьется у виска.
Вдруг Маша спрашивает резко:
– Ты спал с ней? Быстро говори!
И тут же добавляет веско:
– Попробуй только мне соври!
Ужели болтовня все с Глашей!
Вот это фокус! Ах! Ах! Ах!
Пытаюсь шуткою скрыть страх!
– С кем?
– С покойницей Наташей!
Ты спал с ней? – Маша моя злится
И искры сыплются из глаз.
Она не скромная девица,
А фурия ...
– Всего лишь раз!
– Всего лишь раз! –
Вот сковородка
Летит в меня прямой наводкой!
Присел! И мимо пролетела.
– Но разберемся же, постой!
Машуня! Видишь ли, в чем дело...
Она качает головой.
– Да ты кобель! Кобель паршивый!
– Но, Маша! Это же пустяк!
– Пустяк!? – и смотрит как-то криво
И вдруг пощечину как бряк!
Ох! Ну и ручка же у Маши.
Мужик бы так не стукнул даже.
Щека горит и льются слезы –
Суровая вот жизни проза!
Но Маша и сама уж плачет,
Катятся слезы по щекам!
– Прости, Машуня! Знаешь, значит ...
Прости, прости! Дурак я, хам ...
Я подвигаться начинаю
Поближе к Маше, чтоб обнять.
И сам почти уже рыдаю.
Вдруг слышу ее голос: Б.ять!
И дальше полный моветон.
– Козел! Иди отсюда вон!