С. Иванов.
На степном ветру
Благородный Рарт поднялся из подземелья в жилище Верховного жреца в хорошем расположении духа. Он был рад, что спас девушку - жрицу. Она осталась в гроте под присмотром Ларата и вскоре очнется под воздействием чудодейственных лучей, исходящих из ларца, и он ей все расскажет.
Перед тем как спустится с девушкой к секретному гроту, он не думал о возможном присутствии жреца в помещении, где находился спуск в подземелье и, чтобы предупредить его возможные вопросы, решил переговорить с ним сам. Но оглядев жилище, не обнаружил его домочадцев. Возле единственного кресла, приспособленного из корней, выкорчеванного из земли пня и врытого стволом в пол, валялись осколки глиняной чашки с остатками пищи. Жреца не было.
Возможно к лучшему – решил Рарт. После того, что стало ему известно прошлой ночью о бывшем своем учителе, встречаться с ним не хотелось. Необходимо было подумать, как с ним поступить в будущим. Вечером состоится Совет старейшин, который не может быть без Верховного жреца Аркаима. На Совете, он должен предъявить обвинения в покушении на свою персону.
Рарт достал из поясного мешочка черный перстень жреца и сравнил его со своим. Они были совершенно одинаковы, - камень из черного обсидиана, вправленный в кольцо небесного железа, того самого, из чего были выкованы и их мечи. То, что совершил Бхарг, было предательством. Кара – смерть! Но что или кто толкнул его на это? - проводника помыслов Богов, преданного сподвижника Верховного вождя, для Посланника пока было тайной.
Он до боли сжал перстень в ладони и после некоторой паузы, решительно положил его на сиденье кресла. Предавать Верховного жреца смерти или изгнанию еще не время. Пусть его судьбой займется Верховный вождь всех Арьев Ужд.
- Где моя, сестра-а-а? – неожиданно за его спиной раздался истеричный женский крик, больше похожий на визг раненого животного.
Рарт от неожиданности вздрогнул и резко развернулся на встречу вбежавшей в жилище женщине, схватился за рукоять меча, готовый вынуть его из ножен и оборвать неприятный визг, нарушивший его размышления. Перед ним стояла растрепанная, женщина, та, которая была на берегу и пыталась спасти молодую жрицу.
- Ты кто? – спросил он ее.
- Я сестра Рады, которую ты забрал у меня на реке. Наш отец Верховный жрец Бхарг, – истерично выпалила она, не обращая внимания, на то, что передней стоит мужчина, благородный арий.
– Где наш отец? - продолжила она визжать, не дожидаясь ответа на свой вопрос о сестре.
- Так молодая жрица твоя сестра и дочь Верховного жреца? – переспросил ее Рарт.
За то время, что произошло с девушкой и то, что он решил взять ее в жены он совершенно не предполагал о том, что ее отцом мог быть Бхарг. У кого другого соплеменника, можно было забрать девушку на правах сильного, но не у Великого жреца, благородного ария. Это обстоятельство несколько озадачила Рарта, но он тотчас отбросил все сомнения на этот счет. Его решение взять в жены дочь Бхарга остается неизменным, как бы не сложились обстоятельства в отношениях со жрецом.
- Так, ее зовут Радой? – не спешил отвечать на вопросительные вопли о нахождении отца и сестры несчастной женщине.
Его избранницу нарекли именем радости – Радой. Красивое имя, ему понравилось.
- Почему твою сестру отец назвал Радой?
- Я старшая дочь у отца и зовут меня Крюда. Я родилась еще до нашего прихода в Аркаим. Отец очень хотел иметь много детей и только на шестой год проживания здесь, наша мать смогла родить ему девочку. После родов она умерла, оставив нам на радость долгожданного ребенка, которую мы так и назвали Радой. Сегодня ей четырнадцать лет, а мне вдвое больше. Я, с разрешения отца, дала обет безбрачия и взрастила Раду, как собственную дочь, заменив ей мать.
Рарт на мгновение замер, словно, что – то опалило его память, но затем пристально взглянул на женщину, отыскивая общие черты лица с его избранницей, но сходства не обнаружил.
- Твоя сестра в безопасности, вечером ты встретишься с ней, а вашего отца я сам бы, хотел увидеть и как можно скорее.
Не обращая внимания на продолжающие вопли женщины, он пошел прочь из жилища жреца.
После прохлады подземелья и стен жилища Посланник на выходе вновь окунулся в волны послеполуденного зноя. Солнце раскаленным диском уже склонилось в сторону заката, но жара не спадала. Взглянув на него, Рарт определил, что располагает достаточным временем, до того, чтобы вновь вернуться в таинственный грот к моменту пробуждения девушки. Необходимо всего лишь набраться терпения, чтобы увидеть ее прекрасное лицо и голубые глаза.
Но где же жрец? Вечером Совет старейшин, а его до сих пор никто не видел? Видимо, так же придется набраться терпения, так как, меры по негласному наблюдению за ним, он предпринял еще ранним утром. Но, а пока есть возможность далее знакомиться с городом – крепостью Аркаимом и его обитателями.
Ближе к центру площадки кучка детей, возбужденная игрой в костяные бабки шумно, реагировали на успехи юркого, небольшого роста мальчика лет шести. Он ловко выбивал бабки из круга, не оставляя шанса своим юным друзьям. Среди детей Рарт увидел утренних знакомцев. Дим стоял, понурив голову, недовольно выпятив губы. Он - охотник с пращей, проиграл мальцу, младше его в два раза, и явно был растерян своим поражением. Аммара не отпуская руки Полинки, стояла рядом с Димом и гладила ладошкой по его животу, призывая, успокоится из-за проигрыша. Малыш-победитель сгреб в кучу выигранные бабки и готов был сбежать от гнева своего старшего товарища, но не успел, как его ухватил за плечо Рарт. Удивленный мальчик вскинул голову к верху и увидел взрослого мужчину. Растерялся и замер на месте, рассыпая свои трофеи по пыльной земле.
- Как тебя зовут малыш?
- Ежка! – загнусавил он, стараясь своим тоном разжалобить неизвестно откуда взявшегося мужчину - воина. Я сын из рода вождя Роома – продолжил он, надеясь на то, что, назвав имя знатного ария, незнакомец его тотчас отпустит.
Рарт похлопал его по плечу и попросил показать, как он может ловко бросать бабки. Ежка очертил круг на земле, разложил их по центру и, отступив на десять шагов, бросил биток, но толи был испуган, толи излишне разволновался, совершил промах. Последующие броски были так же безуспешными.
Дети, а их было около десятка разных возрастов, неудовлетворенно зароптали, а Дим язвительно скривился в улыбке. Рарт оглядел их с высоты своего роста. Младшие были не различимы по полу, определить, кто из них мальчик, а кто девочка весьма затруднительно. Все одеты в одинаковые одежды: рубахи и порты из льняной ткани, на ногах кожаные чувяки. Старшие девочки, были причесаны и имели простенькие укрощения, нанизанные на нитках бусинки и ракушки. Мальчики подпоясаны ремешком, на котором висели настоящие ножи.
Посланник улыбнулся и попросил у Ежки костяшки. Отполированные до блеска бабки, изготовленные из позвонков животных, были легкими на вес, поэтому каменным битком легко выбивались из круга, но по ним еще нужно попасть. Рарт картинно прищурился, целясь в центр круга, отвел руку назад и запустил биток в сторону бабок. Под восторженные крики малышни он попал точно в центр и выбил большую часть бабок. Ежка собрал их и с сожалением протянул в качестве выигрыша своему взрослому сопернику. Рарт потрепал его по лохматой голове и предложил свой трофей поделить с Димом, что он не очень охотно сделал.
Удаляясь по внутренней улице крепости от аркаимских детей, подумал, что у него с Радой обязательно будут свои дети. Девочки и мальчики. Будет свое жилище. Возможно здесь в Аркаиме. Ему очень понравились его обитатели с добрыми, открытыми лицами. Они не были похожи на других его соплеменников, живущих на бескрайних просторах великой степи. Устроенный быт в жилищах с водозаборами и каналами отведения воды, не шел ни в какое сравнение с жалкими грязными лачугами, сделанными в земляных темных ямах.
Аркаим был город! Общность проживания в нем людей, образ их жизни был другим, отличным от простых скотоводов в степи. Здесь, наряду с магами металлургами, жили ученые звездочёты, хранились реликвии прошлых поколений, жрецы поклонялись Богам.
Город был центром притяжения многих соседних племен во времена больших празднований периодов зимнего и летнего солнцестояния. Рарт был наслышан об их проведении и надеялся принять участие в них. Совсем немного оставалось дней до летнего солнцестояния. Все горожане готовились к нему, предвкушая радость веселья от встречи со своими многочисленными родичами и иноплеменниками, проживающими в других местах Великой бескрайней степи. Мастера по металлу, горшечники, кожевенники, ткачи в это время выгодно меняли свои изделия на нужные им вещи в быту, которые чем-то отличались от Аркаимских.
Происходило еще одно очень важное событие для арьев в дни Высокого солнца - юноши выбирали себе жен. Рарту не нужно участвовать в обрядах выбора невесты, Рада навсегда овладела его сердцем. Вновь всеми мыслями он погрузился думами о своей избраннице.
Как она там? Очнулась или нет? – с нежностью думал он о ней. Вечером он возьмёт ее руки в свои и все расскажет о своем решении быть вместе навсегда. Рада принесла своим рождением радость близким, а ему, подарила свет и прозрение.
Он теперь все видел в сочных красках - зеленую степь, голубое небо, солнце, которое в этот день светило ярче, чем вчера. Он разглядел красоту лиц и фигур женщин, на которых ранее не обращал внимание. Сравнивал их со своей избранницей и находил, что по красоте и обаянию не было равных ей.
- Я дам ей свое имя, и назову ее Радой Светой! – так решил он.
- Она моя самая светлая радость, которую, Боги подарили мне сегодня.
Рарт остановился от того, что почувствовал, как его сердце учащенно забилось и стало трудно дышать.
Что это? Никогда этого состояния не было с ним. Что за чувство овладело им? Как назвать тот огонь, разгоревшийся в его сердце? Он не знал. Но понял, что «Это», пришло к нему тогда, когда впервые увидел ее в отблесках пламени костра прошлой ночи. Словно взмахнув рукой, она бросила в его сердце огонь, и оно воспылало. Хотелось раскинуть руки и с разбега, как птица, взлететь в небо и петь песню своей женщине по имени Рада Света. Пусть услышат и узнают все, что она теперь его навсегда!
Посланник шел, удаляясь от крепости все дальше и дальше, не замечая встречных горожан на своем пути. Те разглядывали высокого воина, отмечая его просветленное лицо и невидящие их голубые глаза, - с почтением уступали дорогу.
«Любо» – так называют сердце человека – размышлял он, - и если оно так волнуется при встрече с женщиной и не успокаивается после расставания с ней, то это значит, что мужчина прикипел всем сердцем к ней. Полюбил ее.
Так это чувство называется любовью! – поразился своему открытию Рарт.
А, что, если его избранница не ответит ему взаимностью? Ее сердце не воспламениться, и останется равнодушным к нему? Она не полюбит его? Как быть тогда? Что делать? – Вдруг испугался он этих вопросов к себе. О которых ранее даже не задумывался.
Не в обычаях у мужчин спрашивать согласие женщины на взаимность. Их берут в жены, для того, чтобы хранить домашний очаг и продолжения рода – с присущим мужским эгоизмом подумал он. Но ему захотелось, чтобы ее сердце вспыхнуло как его, и они горели в общем костре чувств, которые он назвал любовью.
Рарт тяжело вздохнул, стараясь восстановить учащенное дыхание и сердцебиение. Постепенно возвращаясь к реальной действительности, огляделся вокруг, определяя, куда принесли его ноги за время его размышлений о любимой девушке.
Любимая Рада Света! – так он ее назвал.
Высокий воин стоял в поле, находящимся в излучине реки, расчерченного каналами для полива посевов ячменя и овощей. Легкий ветер ласкал его лицо и светлые волосы, перевязанные плетеной нитью из тонкой кожи. В волосках, аккуратно стриженой бороды, отражались искорки солнечного цвета.
Оглядевшись, обнаружил, что незаметно для себя вышел к широкому устью одного из каналов, на берегу которого женщины и дети вязали из ивовых прутьев корзины и лепили из приготовленной глины горшки. На подсохшем, на солнечном ветре сосуде одна из девочек медным шилом старательно наносила орнамент, который мог принадлежать только их семье.
Рарт вспомнил, что в жилище Маюра и Рии видел множество горшков различной формы с разными орнаментами. Понял, что по их наличию, Хранители определяли количество проживающих в Аркаиме семей, а по нанесенным линиям и ромбам, горшки могли рассказать историю о каждой из них.
Солнце в своем беге по небосклону, все ближе приближалось к холмам, удлиняя тени от деревьев и близлежащих сопок.
Пора возвращаться в секретный грот в крепости, где он оставил свою любимую на попечении Ларата. Времени прошло достаточно, чтобы она пришла в себя и в этом ей поможет чудодейственная целебная сила черного ларца, как помогла, двум другим воинам, помещенных в грот им ранее, – подумал Рарт, глядя на скатывающийся диск солнца к линии горизонта.
Близился вечер и время Совета старейшин, а Верховного жреца до сих пор не нашли, вспомнил он о Благородном Бгхарге. – Если его не обнаружат, то придется объяснять Совету его исчезновение. Неужели он почувствовал опасность разоблачения своих деяний? Что задумал жрец, оболгав Ларата, обвинив его в покушении на себя? Что двигало им, когда он совершал убийства верного себе война и длинноголового пленника? Вопросов было много и на них пока не было ответов.
Решительно развернувшись через левое плечо, быстрым шагом направился к большим воротам крепости. Воспользоваться тайными ходами в подземелье за ее пределами в светлое время суток не было возможности, так как мог привлечь внимание простых жителей города и раскрыть их секреты. Поэтому, он, не обращая внимания на онемевшую, от неожиданного его появления в жилище верховного жреца, Крюду, спустился в него через известный ему лаз.
Остановившись на мгновение, привыкая к полной темноте, тотчас же двинулся по знакомому лабиринту к заветному гроту. Нужды в огне не было, тренированное зрение и сигнал, исходящий от черного ларца, который он чувствовал с каждым шагом все сильнее и сильнее, безошибочно привели его к большой дубовой двери. На условленный стук они растворились и первое, что он увидел - были ее широко раскрытые, сверкающие голубизной глаза. Ее осмысленный взгляд отражал удивление, восхищение и смущение одновременно.
Слава Богам! Она пришла в себя после того, что случилось с ней на реке, - с охватившим его радостным трепетом подумал Рарт.
- Ты моя Рада Света! – не сдерживая собственных нахлынувших чувств, воскликнул он, обхватил ее голову сильными руками и привлек к себе.
- Теперь мы всегда будем вместе! – Не выпуская своих объятий, шептал ей влюбленный Посланник, уткнувшись всем лицом в локоны ее темных волос.
Едва оправившиеся от ран Ларат и длинноголовый вейд, лишившись дара речи, с изумлением уставились на Благородного арья, на его объятия с женщиной-жрицей. Устои и обычаи отношений мужчины и женщины, принятые от Богов и далеких предков, рушились на их глазах.
- Я люблю тебя моя Рада Света! – услышали они его непонятные им слова, обращенные к девушке.
Она, покорившись воле воина, шептавшего ей неизвестные слова, которые обволакивали все ее сознание своей нежностью, не делала попыток вырваться из его объятий. Почувствовала, как ее сердце забилось от необъяснимой радости и ей захотелось, чтобы эти объятия незнакомого светловолосого мужчины и слова о любви, обращенные только к ней, не заканчивались.