Л. Ларкина.

С  В  А  Д  Ь  Б  А 

   Мы решили готовиться к свадьбе в комнате Джермиды, потому, что на корабле женщин больше не было, а роботы ничего в этом не понимали, только ворчали, глядя на наши необычные приготовления.  

   После скромного завтрака мы удалились, а мужчины продолжали свой трудовой день, кроме посаженных отцов, которые оставались в своих комнатах, готовясь к торжественному моменту вывода невест к женихам.

   Но это не всё! Накануне думала о том, кто же нас обвенчает и скрепит наш брачный союз? Что-то я не замечала за кем-то из членов экипажа, чтобы он был набожным и освещал наши пути-дороги во Вселенной, да и нотариуса, естественно, на корабле нет и в помине. Конечно, я не знаю, как на планете Геодемида проводились свадьбы, как их проводили на корабле, когда женились, первые космонавты?  

Все эти вопросы, невольно возникли у меня в мыслях, и не потому что не доверяла Иссилену, но только потому, что соединение двух сердец должно быть освящено Свыше, а как это сделать на космокапсуле? Потом выяснилось, Иссилен уловил мои вопросы в эфире, и спохватился. Он ругал себя, что не подумал об этом сам, то пытался себя оправдать тем, что свадеб на корабле давно не было, как и рождение детей. Но делать нечего! В тайне от нас опросил весь экипаж, что им делать и как поступить в этом случае? Но никто ничего предложить не мог, так как не было соответствующей практики. Только Тилен, подумав, посоветовал, что брак пусть зарегистрирует самый старший из экипажа, конечно кроме Иссилена, а по возвращению на Геодемиду, обвенчаться па-рам, как и положено, и зарегистрировать детей, если они появятся в дороге. Так и решили.

   На праздничный обед собрались все нарядными и смешными. На них были какие-то диковинные костюмы, словно это была не свадьба, а новогодний карнавал. Я с любопытством всё это рассматривала, дожидаясь прихода посаженных отцов.

   Решено было вначале обвенчать Джермиду с Фредом, и первым за невестой должен прийти Карсид - это выбранный всем экипажем посаженный отец моей будущей падчерицы. Когда их обвенчают, и я пойду к алтарю под руку с Иссиленом: 

- Джермида, что это за костюмы и что они обозначают?

- Да я и сама не знаю, никогда их не видела.

   Я устала от такого долгого ожидания. Мне казалось, что это ни когда не кончится. Было трудно дышать в этой  атмосфере ожидания счастья и от страха перед брачной ночью, хоть я не новичок, но когда это было? Господи, помоги мне! Я молилась и молилась, словно перед прыжком в пропасть. Сердце моё то подкатывало к горлу и тогда начинало звенеть в ушах, то падало в ноги, и от этого сколько раз была на грани обморока.

   Наконец-то сквозь весь зал к нам стал пробираться Карсид, весёлый и смущённый одновременно, а в мыслях его прочли: «Почему не я жених этой голубки, а всего на всего посаженный отец?» Мы с Джермидой переглянулись и тихонько рассмеялись – это немного сняло нервное напряжение. Я облегчённо вздохнула.

   Джермида, как ни в чём не бывало, спокойно положила  руку на,  согнутую в локте, руку Карсида, и пара медленно направилась в другой конец залы сквозь живой коридор присутствующих друзей. Вдруг я мысленно запела свадебную мелодию Мендельсона, и она сразу же зазвучала над нами, в красивой и мелодичной обработке, словно её здесь специально репетировали. Неужели всё это роди-лось у меня в голове? Я была в лёгком шоке от этой моей способности.

   Молодые медленно приближалась к Фитону, который был облачён в невероятный костюм магистра с огромным крестом на груди. Впервые увидев этот символ христианства на космокапсуле, я была поражена на схожесть его с нашими земными крестиками, словно оказалась у себя дома. Почему ни разу не видела этот символ раньше? Ведь я так давно живу с ними бок о бок и так плохо их знаю! Какие они скрытные и не болтливы! А может быть это я не любопытна и невнимательна к окружающим меня людям. Или всё ещё чужая для них, вернее - мы всё ещё друг для друга инопланетяне и с этим ничего не поделаешь!?

   Пока размышляла, Карсид вручил невесту жениху и начался обряд бракосочетания. Я навострила уши и напрягла мысли, стараясь поймать каждое слово, чтобы потом повторить то же самое, ведь мы не репетировали этот процесс, просто написали маленький сценарий, вот и вся подготовка. Теперь необходимо сосредоточиться и не упустить ни одного движения, ни одного слова.

   Но тут я догадалась, что этот сценарий диктует им робот. Попросила своего робота подсказывать мне, когда я пойду к Фитону для бракосочетания. Он с радостью согласился, и я успокоилась.

   Увидев, как за спиной молодой пары, дающей в это время клятву верности, пробирается астроном

 Тилен, с которым почти не знакома, так пару брошенных фраз на совещаниях и вчерашнее представление, как моего посаженного отца. Этот, немолодой человек,  строгого и замкнутого характера, шёл ко мне уверенной походкой, бесцеремонно раздвигая всех, увлечённых свадебным обрядом, товарищей. Я вся сжалась в комочек и с замиранием сердца положила свою руку на руку Тилена, согнутую в локте. Сделала первый шаг к своему замужеству. Преодолев самою себя, как бывало, вдруг пошла лёгкой и уверенной походкой, словно это была вовсе не я. Над нами вновь плыл прекрасный свадебный марш, и я была счастлива. Смотрела прямо перед собой, где стоял в ожидании своей суженной Иссилен и тоже волновался, как мальчишка, потому что забыл даже заслониться от чужого проникновения в его самые сокровенные мысли, и даже я смогла прочесть страстное желание скорее окончить всю процедуру и уединиться. Но впереди нас уже ждал праздничный обед! Подходя к жениху, я совершенно успокоилась и с радостью протянула Иссилену свою, горячую руку. Он бережно взял её, и мы повернулись лицом к Фитону, который пристально смотрел на нас своими голубыми и добрыми глазами. Казалось, что он хотел прочесть больше, чем мог и предугадать нашу судьбу. Я приветливо ему улыбнулась и стала чётко повторять всё то, что он говорил. Наш союз был скреплён подписями и огромной печатью на голубой бумаге, которая была усыпана блёсками, переливалась всеми цветами радуги, как снег в морозный солнечный день. Заворожённая, смотрела на бумагу, словно на далёкое прошлое, к которому нет возврата. Выйдя замуж, навсегда останусь с этими людьми, где бы они ни были толи на космокапсуле, то ли на планете Геодемиде. И на мои глаза накатились слёзы. Что бы сказали о моём выборе земные родители, если бы были живы? Наверное, благословили бы: ведь такова участь женщины – уходить к мужу.

   Едва мы поцеловались, как в зале началось что-то невообразимое: все стали приветствовать нас, перебивая друг друга. Над головами взлетали головные уборы, сладости, зерно, цветы и ещё что-то, что разглядеть не было возможности. В это время невестам преподнесли огромные букеты живых цветов, которых я не встречала в оранжерее. И тут в голове моей мелькнула догадка. Иссилен утвердительно сжал мою руку и сказал: 

- Ты у меня умница, догадалась! Мы  проникли в параллельный  мир. Этот букет является доказательством, огромным сюрпризом,  свадебным подарком. Что скажешь, дорогая?

- Я счастлива вдвойне, милый! Значит, нашим скитаниям во вселенной скоро придёт долгожданный конец?   

- Конечно, Яночка, если нас отпустит космос.

- Разве он может нас не отпустить?

- Что ты, милая, это просто образное выражение, уверяю тебя: всё будет хорошо! Вот посмотришь!

   Он обнял меня бережно и закружил в вальсе, которому научила всех так давно, что уже забыла об этом. Нас с Джермидою по очереди подхватывали мужчины, и мы долго кружились и кружились. Наши мужья стояли в сторонке и ревниво следили за нашими движениями, а может быть, мне это показалось. Мой взгляд иногда встречался с взглядом моей дорогой падчерицы, которая вся сияла от счастья и была неописуемо красива и мила в этом обворожительном наряде. Наконец-то все устали и потянулись группками в столовую, где был накрыт праздничный стол в форме буквы «П» вдоль стен. В центре шесть столов возле сдвинутых шести стульев, на столах вазы с фруктами, какие-то ёмкости, очень красивый и воздушный торт, и удивительной красоты букет цветов. Мы прошли к своим свадебным местам, а с нами по краям разместились наши посаженные отцы, которые сияли от счастья не меньше, чем женихи. Они старались предупредить каждое наше движение и желание, всеми силами стремились угодить невестам. Я устала от всей этой кутерьмы. Есть совсем не хотелось, но выпить чего-нибудь не прочь. Обратилась с этой просьбой к мужу:

- Дорогой, нельзя ли чего-нибудь попить, у меня от волнения во рту пересохло.

- Сейчас, милая! Вот тут, кажется, божественный напиток, который приготовил заранее Намо. – и он налил молодожёнам по бокалу, а посаженным отцам с другого сосуда.

   Утолив жажду, я отметила, что у нас особенный напиток и очень вкусный с удивительным ароматом .Мы с Джермидой сидели рядом, касаясь друг друга локтями, и было удивительно ощущать её присутствие рядом со мною, с её мачехой, которая уже давно любила свою падчерицу, как родную дочь, хотя она намного старше меня, если учесть её космический возраст, но так уж распорядилась судьба! Что поделаешь?

- Доченька, можно я буду так тебя называть, иногда, хорошо?

- Конечно, мамочка!

   И мы опять смеялись, уткнувшись носами в свои ладони, пряча от всех наше баловство, но разве от наших мужей сейчас можно что-нибудь скрыть, потому что они тут же зашикали на нас, призывая к порядку, но мы уже отхлебнули из бокала «Любовного напитка» и нам теперь море по колено! Мне так хотелось расслабиться и скорее стать женой и матерью новой жизни во Вселенной!

   Джермида услышала мои мысли и нежно обняла, ответив своим одобрением:

- Хочу много сестрёнок и как можно быстрее!

- А я - внучек, а то так надоело это мужское присутствие! Не помешало бы разбавить его прекрасными феями, которых мы нарожаем, согласна, моя девочка?

- Ещё бы! Сколько радости они принесут в нашу однообразную жизнь!    

Мы не заметили, как в наших руках оказались столовые приборы и мы стали пробовать понемногу то, что находилось на столе, а наши мужья что-то рассказывали увлечённо нашим посаженым отцам. Но мы были поглощены собственными мыслями и планами и никого не слушали, а наслаждались своим положением всеобщего внимания, предметом тостов и поздравлений.

Такое ведь не повторится! Только можно представить себе свадьбы наших детей,  которых ещё надо зачать, выносить, родить и вырастить, но как это будет в космосе, тем более в нашем разнопланетном браке с Иссиленом? Думая об этом, мучилась в сомнениях, боялась, что у нас ничего не получится…

- Чему бывать - того не миновать! - вдруг тихо сказала мне на ухо  девушка.

- Конечно! Ты права, дорогая, но всё же я очень боюсь!

- Девочки, этот вопрос скоро разрешится! Не пройдёт и несколько земных дней, как всё будет известно, а пока кушайте и не думайте ни о чём, а то все скоро узнают о ваших проблемах, милые, – это доктор Фред выдал нам по своей специальности.

   Мне стало очень неудобно, я не знала, куда глаза девать. Сколько бы это длилось, не знаю, но тут с ответным тостом поднялся  командир корабля, и все тут же притихли:

- Друзья мои, ещё не все знают, что мы всё-таки проникли в параллельный мир, вернее наши модули с роботами, и мы теперь можем со спокойной совестью возвращаться домой на Геодемиду. Наш  прибор видения параллельного мира помог нам найти то слабое место, а вернее, накладной слой, в силовом экране двух противоположных солнц, которые были направлены своими лучами друг против друга, чем и создавали разделение миров, но об этом подробнее будем говорить в рабочем порядке после короткого отдыха на этой орбите.

   Что тут началось! Эти умные, степенные во всём люди так бурно радовались, что дребезжала опустошённая посуда на столах. И  вдруг Иссилен запел, да так проникновенно, что дух захватило. Я слов понять не могла, но мелодия была такой нежной и одухотворённой, что слёзы навёртывались на глаза. Вскоре кто-то тихонько стал пристраиваться к его голосу, потом ещё и ещё... 

Мелодия уже зазвучала каноном и была ещё прекраснее и задушевнее. 

Наконец-то веселье кончилось, и нас проводили в изолированные спальни, чтобы молодожёнов не могли подслушивать. Целомудрие ещё никому и никогда не вредило, даже в присутствии эротики.