Л. Ларкина.

П Р О Б У Ж Д Е Н И Е 

   Жизнь в моём неподвижном теле едва теплилась и текла тончайшей ниточкой и невидимым лучиком мягко  лучилась в  пространство вне моей воли и сознания. Была я или не была...? Что я…? Где я…? Как только стала себя ощущать эти вопросы медленно, но настойчиво возникали в сознании и шуршали, словно опавшие листья в осеннем лесу под осторожными шагами охотника. Глаза ещё плотно закрыты веками, которые уже чуть подрагивали, как в обыкновенном сне. Постепенно возвращалась обыч-ная ёмкость мысли, её ясность. В абсолютной тишине помещения услышала биение собственного сердца, где-то у самого горла, и почувствовала свою общность с живым миром, ощутила свою все проницаемость…

   - Какое удивительное ощущение жизни! - вдруг вырвалось у меня из груди: где я? что со мной такое происходит? откуда такая лёгкость…? почему такая тишина…?

Я, чуть шевеля губами, помолилась и опять стала прислушиваться. Спокойно лёжа с уже открытыми глазами смотрела в бледнеющий потолок, думая: какая удивительная и необычная лёгкость во всём моём теле! Почти – невесомость…! Но где же я, где это я…?

   Вскоре, к моему удивлению, эти вопросы безболезненно растаяли в моём, вновь заторможенном сознании, которое словно закачалось на жёстких волнах прошлого времени: кто я, зачем я?

Эти вопросы невидимой и упрямой нитью вновь и вновь возникали в моём сознании, нисколько не угнетая, а только побуждая работать мой мозг, который казалось, довольно долго  и глубоко спал, что и было на самом деле. Что-то моё, но совсем другое, непривычное ощущение не давало покоя. Я пыталась бороться с этим новым, для меня ощущением, но эта борьба не причиняла неудобств. Была непонятной и казалась пустой затеей. Суть того, что я как-то это чувствовала, забавляло меня, рождая что-то третье, чему я ещё не могла дать ни названия, ни определения. И вместе с тем, где-то в глубине моего сознания, ощущала тонкий и щемящий холодок какой-то непонятной потери, вызывающая всё нарастающую тревогу и беспокойства… Господи! Что это со мной?! Где это я?

Взмолилась в отчаянии. В помещении царил полумрак. Пахло тонким сладковатым запахом цветущей черёмухи. В моих глазах возникло окно, а в нём чёрная пустота с немигающими и далёкими звёздами, которые очень быстро перемещались на фоне этой глубокой черноты, словно ночные огни вдоль железной дороги, но без мерцания: странно, почему они не мерцают? – Думала  я. Свет ближних звёзд беспрепятственно пересекал свет далёких звёзд, и эта не видимая ранее пляска огромных небесных светил была неотразима и вскоре поглотила всё моё внимание. Иногда звёзды пересекали особенно чёрные провалы и тогда казалось, что вишу я вниз головой над чёрной бездной, что комната, в которой я нахожусь, с окном на крыше, и странное чёрное небо, усеянное разной величины звёздами и их скоплениями, стремительно проносилось мимо в его проёме. Я не могла оторвать глаз от этой чарующей и пугающей бездны, а мысли были обращены в себя, к которым пыталась прислушаться и понять то, что они в себе таят.

   Где-то в пространстве, далеко-далеко звучала знакомая мелодия, которая незаметно стала проникать в моё сознание, словно после долгой глухоты. Но я никак не могла вспомнить, что это за мелодия. Где её слышала? Она мне напоминала что-то родное, близкое. Небо всё больше и больше захватывало своей загадочностью. Постепенно я стала различать оттенки этой бесконечной черноты, которые менялись по мере движения. Вон там, в глубине, возле огромной звезды постепенно проявились три огромной дуги, почти правильно разместившись в её окружении.

Постепенно они растаяли в чёрной бездне одна за другой, а сама звезда вытянулась, потом в её середине появился поясок, перетягивающий талию, которая всё уменьшалась и уменьшалась, наконец-то была настолько перетянута, что оказалось уже две звезды, которые постепенно отдалялись друг от друга, потом совсем исчезли из виду.

   Тем временем в противоположном углу окна обратили моё внимание целое скопление звёзд, которые были удалены друг от друга на равные расстояния и образовывали собой правильный квадрат, в центре которого находилась огромная звезда. Они держались друг за друга огромными раскалёнными руками - протуберанцами, словно водили хоровод. Эта великолепная пятёрка медленно проплыла перед глазами и вскоре навсегда исчезла с моих глаз, а я всё смотрела в это огромное окно, наблюдая движение звёзд ни о чём не думая, ничего не желая. Мне было хорошо и комфортно. Но вот за окном стало разгораться огромное зарево, которое постепенно залило своим светом весь оконный проём.

Немедленно окна закрылись невидимыми шторами, сквозь которые едва просвечивалось бледное пятно. Стало совсем не интересно, и я, приподнявшись на левый локоть, осмотрелась по сторонам. Ничего примечательного не увидев, решила встать, но едва пошевелилась, как почувствовала, что нахожусь в чьих-то мягких объятиях, которые не дают мне подняться. Я немного напряглась и  попыталась вырваться из этого нежного плена, но тут же лёгкая усталость опрокинула меня в прежнее положение и я вновь провалилась в глубокий сон.