Л. Ларкина.
Б Л О К А Д А
Я была уверена, что Джермида или кто-то другой из её команды непременно появятся в посёлке, но я ошибалась! Ни в тот, ни в два последующих дня никто не беспокоил жителей посёлка, но и связь с миром отсутствовала. Ни пеший, ни конный, ни на машине не смогли проникнуть в посёлок не выйти из него. В мешке блокады всё замерло. Иногда увидишь в окне из-за занавески испуганное лицо, да спокойно переходящую дорогу кошку. Очень редкие прохожие шли настороженно и быстро, нигде не задерживаясь, ни с кем не разговаривая, только здоровались тихо, смущённо пряча глаза от своей беспомощности в сложившейся обстановке.
Мы с Александром Игнатьевичем ждали гостей, особенно я потому, что первая столкнулась с ними, а он как главный инженер завода и парторг. Мы знали, что гости где-то рядом, иначе бы всё стало на свои места. Тревога ожидания была во всём. Паникёров удалось успокоить, но без жертв не обошлось: у кого-то инфаркт, тот застрелился, кто из окна выбросился, кто по дикому запил …
На третий день тучи закрыли всё небо, похолодало,
Прошёл небольшой дождик. Инопланетяне не появлялись. Всю ночь третьего дня я не смогла сомкнуть глаз, а к утру пришло твёрдое решение: искать самой с ними связи, если они ещё здесь. Но даже мысль об этом приводила меня в ужас, сердце бешено колотилось, во рту сохло и кружилась голова, всё труднее удавалось подавить в себе этот животный страх, страх смерти.
Четвёртое утро приветствовало нас осенним солнышком. Посёлок нехотя просыпался и потихоньку стал приходить в себя от неожиданно нахлынувших потрясений. Оживали заводские цеха: где можно было работать без электрической тяги, при наличии яркого дневного света, продолжалась и с большим успехом.
Ремонтировались станки в цехах, проверялись узлы заготовок, наводился порядок у станков и во всех помещениях, во дворах. Оборудовали детскую площадку в лесопарке в жилом массиве, под вечер гоняли футбол, словно ничего не случилось. Те, что пытались прорвать блокаду, рассказывали: «Шёл я самыми глухими местами через лес, звериными тропками, охотой увлекаюсь с детства, а пришёл опять в посёлок только с другой стороны, где раньше никогда не ходил, словно и не выходил из него. Два дня бродил, но все дороги приводили меня к дому, словно кто-то меня на невидимом поводке водил. Ладно – заключал обычно рассказчик, поживём – увидим. Главное не паниковать! Наши деды могли держать себя в руках в критических моментах в жизни, а мы разве не такие, разве мы не их потомки? Лишь бы не было войны! Пока нас не трогают и то хорошо».
Вот такие разговоры, ходили меж людьми, а что было у каждого в голове – это знали только инопланетяне, а самой себе даже признаться было страшно. Об этом могу только догадываться по опыту собственных переживаний и постоянной борьбе со страхом.