Л. Ларкина.

Н А   Т Е Л Е Г Р А Ф Е 

В это самое время в самом центре посёлка на нашем  крошечном телеграфе кончилась ночная смена. Девушки, зевая и улыбаясь утреннему солнышку, вышли на улицу, но навстречу им стремительно приближались двое мужчин и молча передали записк у. Едва взглянув на неё, одна из девушек рванулась обратно в здание и, пробежав короткий коридорчик, буквально влетела в аппаратную и, быстро отстранив сменщицу, склонилась над первым столиком и её рука уже выстукивала морзянку, но через  несколько секунд в наушниках возник невероятной мощности  гул. Пришлось их немедленно снять. В зале воцарилась тишина. Телеграф замолчал, как затонувший корабль.

Побледневшие телеграфистки молча прочли записку и направились в зал ожидания, где уже нарастал ропот недовольства за прерванные междугородные переговоры…

Тем временем Джермида подвела нас к телеграфу. Мы едва за ней успевали. Чем ближе, тем беспокойнее вела себя блондинка, которая уже бежала. Несмотря на мои ухищрения, она всё быстрее приближалась к цели, словно её кто-то невидимый торопил. Мы ещё издали видели, как наши заводчане скрылись в дверях телеграфа, спустя минуту мы тоже поднялись по ступенькам. В этот миг возник страшный гул, ушам стало невыносимо больно. Джермида рванулась вперёд, и всё моментально стихло.

Было слышно, как за окнами на улице шелестят листья, но по лицам перепуганных телеграфисток мы поняли, что девушки всёта-ки успели что-то передать в эфир. Посетители  вдруг присмирели, как море перед штормом, потом  по залу пополз зловещий шёпоток, и вот уже кто-то не выдержал и в панике бросился к выходу. Вопль ужаса отозвался у каждого в груди, даже мы в это мгновение дрогнули, но взяли себя в руки и оставались на месте. В дверях образовалась пробка. Кто-то звал спасаться в старые бомбоубежища – зрелище было ужасным и унизительным.

Я уже знала, что от Джермиды нигде не спрячешься! Стоит ли паниковать? Может быть, всё обойдётся?  А?

Люди, застрявшие в дверях, злобно ругались, ожесточённо дрались и отшвыривали друг друга в сторону. Вот она стихия коллективного страха! - Цунами! Я в замешательстве смотрела на потасовку, чувствуя, как постепенно моё лицо заливала краска стыда за всё человечество. Я пыталась успокоить их, что-то кричала, но на  меня никто не обращал внимания. Когда, наконец, все выбрались на улицу, то увидели, что потасовка продолжалась, но она уже не имела никакого смысла. Джермида взмахнула руками! Драчуны   чёрными  огромными птицами поднялись с земли и мгновенно исчезли с наших глаз. Затем девушка резко повернулась ко мне лицом с глазами, полными справедливого гнева.

Но странное дело – я не дрогнула, не испугалась и даже не смутилась, а, скрестив руки на груди, прямо посмотрела ей в глаза. Джермида на мгновение замерла, а потом исчезла, словно её и не было. Передо мной тихо таяла искрящаяся дымка, да вновь запахло ионом: видно она сожгла всю свою энергию...