Л. Ларкина.

Б О Й Ц А М   Г О Д О В  С О Р О К О В Ы Х

  В начале мая 1941года 17 танковая дивизия, стоящая под г. Читой,  была погружена  в  эшелоны  и  отправлена  на  Запад.  Куда  направляется  эшелон,  никто  не  знал,  кроме высшего командования. Гитлер  шёл  по  Европе,  и  на  душе  было  тревожно.  Николай Васильевич Гришин под шелест и перестук колёс  думал  о  своей  короткой  и  трудной  жизни. В  шесть лет он лишился матери, а  в  девять – отца,  которого  увели  ночью  какие-то  люди  и  больше  его  никто  никогда  не  видел.

   В  1933  году  13-летний  Коля  уже  работал  рабочим  в  совхозе  «Первой  пятилетки».  Однажды прислали туда грузовую машину, и Коля пошёл на  шофёрские  курсы.  Это  был  «ЗИС - 5», грузовой,  и  мальчишка  был  горд  своей  новой  и удивительной  профессией. Шестого октября 1940  года  он   был  призван  в  армию  в  17  танковую  дивизию,  где  и  служил  шофёром  грузовой  машины.

     Рядовой Николай  Гришин  ехал  в  последнем  составе  через  всю  страну.  Дорога  была длинной  с  короткими  и  частыми  остановками.  Однажды  на  одной  из  остановок  с привокзальной площади репродуктор принёс страшную весть: «Война!»  часть  дивизии,  которая была  отправлена  первой  уже  приняла  первый  бой  под городом  Брестом.  Последний  эшелон прибыл в  Смоленск  7  июля,  и  оттуда  своим  ходом  по  трассе  Москва - Минск  уходил в  белорусские  леса.  Рядовой  Гришин  вёл  свою  грузовую машину, гружённую снарядами, во главе колонны с политруком,  сидящим  рядом.  Они  разыскивали  свою  дивизию.  Из  50-ти  машин  пришло  только  15,  а  остальные,  отставшие,  попали  прямо  к  врагу  и  приняли  бой.

   Один  за другим  оставляли наши  города,  отступая  до  самой  Москвы.  В  обороне  столицы  рядовой  Николай  Гришин  колесил  по  подмосковным  лесам,  доставляя  боеприпасы, продукты. А  когда  начались  бои  за  Москву,  сменил  свою  полуторку  на  «ГАЗ-3» двухосную, на  которой была установлена зенитка  с  обслугой  из  семи  человек.  При вражеских  налётах  орудия раскалялись  до  красна. Какой восторг испытывали они, когда удавалось сбить самолёт. Сколько  их было сбито! Николай Васильевич был в любую минуту готов  сменить  позицию:  его  нога  была  постоянно на педали. Были моменты, когда приходилось окапываться самому и окапывать  машину с зениткой на открытых местах,  приходилось  и  копать окопы.  В  лесах  прятали зенитку, обкладывая её ветвями. Он  с  гордостью  говорил, что  его  машина  дошла  до  самой  Эльбы.  Во  время  отдыха во  втором  эшелоне он не вылазил из-под машины, ухаживал  за ней, как за малым ребёнком,  берёг  пуще  глаза.

   В декабре 1943  года  в  зенитку  было  почти  прямое  попадание.  Один  солдат  погиб,  а остальных спасло то,  что  в  это  время  они  завтракали  в  окопе.  Хотя  незначительные  ранения  были  у  всех.  Тогда  отлежавшись  два  дня  в  госпитале,  он  вернулся  в  строй  к  своей  зенитке  под  присмотр   санинструктора  батальона.  Приходилось  их  батальону  и  в  окружении  побывать,  и  под  шквальные  обстрелы попадать.