Л. Ларкина. 

Р А С С К А З Ы   В Е Т Е Р А Н О В  О  В О  Й  Н  Е   

Порой, того не замечая,  возвращаюсь в  своих  воспоминаниях  к видимому  и пережитому на фронте. То время в нашей  жизни было  самым  суровым,  память  же воскрешает уже не всё, а  только то, что было важным  на  тот  момент, значимее,  пережитое  острее,  чем  всё  остальное.  Таким эпизодом  войны стал для меня  момент форсирования реки Прут в  Румынии.   

Когда шёл  бой  и  наши передовые  части перебирались с одного  берега бурной  реки,  я оглянулся назад, на  пройденный мною путь. Но, потом, когда наступила короткая  тишина,  и  я  присел  на краю бруствера.  то, что я увидел, не забуду никогда – глаза рассказчика устремились  вдаль, потемнели  и  налились влагой. – Река несла алые воды. То не  вода  была,  а  кровь  людская вперемешку с трупами людей и  животных,  разбитой техники, снаряжения  и  прибрежных  построек.  Наш  батальон остался и перешёл во второй  эшелон  для  передышки и пополнения  новыми  силами  техники  и  пополнения  личного  состава.

 Но вот Даниил Тевосович вздохнул  так глубоко, словно поднялся  на  высокую                                                                                          гору, и ему не хватало воздуха, и тихо продолжил, всё так же глядя вдаль…

Вот и ещё один памятный для меня эпизод войны. Конечно, каждый из военных  эпизодов  длился по-разному, который – всего мгновение и  запомнится на всю оставшуюся  жизнь,  а  другой -  мог длиться часами, сутками,  неделями...

Несколько дней река являла собой такую картину и дополненная  видом  горящих  деревень  по  берегам  вообще  казалась концом  света. Хотелось  бы  забыть  всё  это, но не получается. Думаю, что нужно  знать  нашим  потомкам  о  том,  что  пришлось  нам  пережить.

Некоторое время мой собеседник сидел молча. Я  не торопила.  Терпеливо  ждала.

Один  эпизод  вызывает  в  тебе  горечь  утраты  и  бессилия  что-нибудь изменить,  а другой вызывает большую  гордость  за однополчан,  за твой народ, за страну.

Вот и  тогда,  под  Днепропетровском.  В  небольшом, но похожем на крепость,  монастыре, Засели  фашисты  и  из  двух  пулемётов  поливали  всю  округу  огнём.

Передовые  части  Красной Армии уже далеко ушли вперёд, а оставлять у нас  в  тылу горстку немцев, было  нельзя!  Взять бы да  минами забросать монастырь, но  это  было  старинное строение и, конечно же, имело  историческую  ценность для  нашего зодчества.                                                                                      

Издалека  в  бинокль просматривалась  древняя  роспись  на  стенах,  да  и  местные  жители  говорили,  что  это  особое  место,  жертвовать  им  никак  нельзя.  Нужно  что-то  придумать. Собрал  я  своих  ребят,  объяснил  обстановку.  Нашлось  два  смельчака,  жаль,  что  фамилий  их  не  помню! Много лет прошло! Обошли они монастырь с другой стороны.  Тогда  мы вызвали шквальный автоматный огонь на себя. И вскоре оба вражеских пулемёта навсегда  замолчали…

Закончил свою войну Д. Т. Саркисов  боевым командиром отделения  266-й  Краснознамённой  стрелковой  дивизии  орденов  Кутузова  и  Суворова,  пройдя  всю Белоруссию, Украину, Молдавию, Румынию.

Про награды  Ветеран  Войны  не  стал  рассказывать:  он  считает,  что самая  большая  награда  в  той  войне –   это  остаться  в  живых!