Лаборатория разума

Из одной системы нам еще долго не выбраться — из солнечной.

 

 

 В пространстве и времени

 

Я хотел бы съездить в Лондон. Просто так, от нечего делать. Я завидую путешественникам. Хотел бы облететь земной шар на воздушном шаре. Представляете? – он летит, а я разглядываю, что там подо мной?

Читая книги, живо всегда воображаю место события, где бы оно ни происходило. Иные картины, заочно увиденные, преследуют всю жизнь. Взгляну на белоснежные объемные облака, и вижу себя на острове Робинзона Крузо. С вами бывает такое?

В «Смирительной рубашке» герой рассказа Джека Лондона путешествовал в пространстве и времени. Я жутко ему завидовал – нет, ни тюремному карцеру, а такой удивительной способности к медитации: он даже шрамы приносил в камеру из своих отлучек. У меня ж с медитацией никак. Вообразить могу, а вот чтобы полностью отключиться, где-то в кого-то преобразиться и что-нибудь действенной совершить мне не по силам. 

Но недаром же говорят – если очень мучиться, что-нибудь обязательно получится.

Первые проблески медитации стали у меня проявляться в год переезда в Пятиозерье. Я снял квартиру в медгородке. За окнами лес и чуть дальше озеро Горькое – самое лечебное из всех пяти озер. Представьте, рассказывают, мужик намазался грязью из этого озера, уснул на солнышке и не проснулся – а был здоровым. Так что, осторожнее с этим….

Я видел, как это грязь зарождается. На макушке лета в разгар «цветения воды» в озере появляются множество водорослей – миллиарды сексиллиардов зеленых «клеточек», которые окрашивают воду сверху донизу. Пробовал брать пробы на глубине – полна коробушка!

Что это? Планктон? Какая-то живая биомасса, которая, завершив активный период, оседает на дно, прибивается к берегу – и образуются знаменитые целебные грязи озера Горькое, которые буквально на глазах исцеляют все раны и кожу.

Люди боятся в период «цветения воды» в нее заходить. А я не боюсь, и очень даже неплохо себя чувствую после купания – и сплю хорошо, и аппетит в порядке.

Вот тогда у меня стало получаться и с медитацией – если прилечь на воду, слегка пошевеливая конечностями, и отправить в путешествие свое сознание. Только боюсь увлечься и утонуть. Проще это делать на мелководье у берега – когда голова дна касается, а туловище почти все скрывает вода. Вот беда! – сделать это возможно не всегда. С берега на глубину пробит единственный проход в камышах, и по нему всегда снуют люди. Их не бывает лишь когда – вода холодна или цветет.

Может быть, энергетика цветущей воды помогает моей медитации, расслабляя не только тело, но и сознание.

Все будет хорошо – твержу я себе.

Потому что я так решил.

Я умею добиваться поставленной цели.

Это прелюдии или настрой, а потом отправляю сознание в заоблачные дали – через пространство и время, которые здесь и сейчас надо мною уже не властны. Отрываюсь от земли, погружаюсь в пучины – все по силам.

Миг – и путешествие началось!

Хотите со мной?

Сейчас мы посетим сераль турецкого султана.

Знаете, что это такое?

Смотрите во все глаза – руками не трогать!

А то писку поднимется.

Прибегут янычары.

И не сносить нам любопытных голов.

Вам это надо?

 

Путешествие в страну грез

Добрые пчелы губернатора

 

 

Комментарии   

#1 в пространстве и времениАнатолий Агарков 18.10.2017 11:29
Внезапная мысль ударила в голову – это все, что осталось от команды? И поскольку я пожизненный поклонник иронии, спросил:
- Остальных слопали пчелы?
Один матрос покачал головой:
- Нет, сэр, но им тоже досталось.
Как уже упоминалось прежде, я - человек не из этого мира. У меня совсем по-другому сложен чувственный аппарат – я уж не говорю о складе ума. Мне надо на берег. Эти ребята едва вырвались из ада, который им устроили дикие пчелы острова. Какое правильное выражение лица принять, какие слова нужно сказать, чтобы заставить этих людей отвезти меня на берег.
Я сделал глубокий вдох и попытался собраться.
- Ферран, мне надо вернуться на остров.
Он кивнул мне в ответ и скинул веревочный трап для тех, кто в шлюпке.
- Вылезайте, ребята!
Охая и чертыхаясь, те друг за другом полезли на борт корабля.
- А вы, - помощник капитана обернулся к Джасперу с Керисом, - доставите господина губернатора к берегу.
Это нечестно, не правда ли? В смысле, такое решение моей проблемы лежало на поверхности, и я ее мог бы решить сам. А теперь должен признать быстроту ума старшего помощника капитана Аугусто Феррана.
Подходящее ли сейчас время оставлять борт корабля, который практически в моей власти? Что сейчас творится на острове? Отчего сбесились его пчелы? Очередная серия неуютных ощущений нахлынула на меня словно предвестник гриппа.
Пошли версии и предположения.
Может быть, с ума сошедшие пчелы это дар той силы, что до сих пор курировала мой проект? Ведь помощник капитана уже заметил, что покусанные пчелами моряки становятся более послушными и управляемыми. С пчелиным ядом в них входит очеловечивание? Было бы здорово! Сколь ни ужасен опыт, перерождение упырей в добрых и сознательных людей того стоит.
Решил проэкспериментировать – верно ли то, до чего сейчас додумался?
- Сэр, - сказал Керис. – Мы к берегу не будем подходить, от греха. Вы налегке – немножко проплыть вам не составит труда.
- А я думаю наоборот – один-два укуса пчелы вам только на пользу пойдут.
- Что это значит? – Керис поднялся, вынул весло из уключены явно не для увеличения скорости шлюпки.
- А вот что! – я наставил на него кольт. – Или ты сядешь и будешь грести, или я тебя пристрелю.
- А оно точно стреляет? – матрос видел кольт в первый раз.
- Можешь не сомневаться.
Я направил ствол в воду за борт и спустил курок. Фонтанчик брызг. Керис в испуге сел на место и вставил весло в уключену.
- Ну, вот, - проворчал Джаспер. – Не получится теперь тихо ткнуться к берегу и уйти незаметными. На звук выстрела их стада прилетят.
- Я вам вот что ребята посоветую, - сказал я, понимая, что это звучит абсолютно по-идиотски. – Чтобы не ходить с такой распухшей рожей как у Феррана, вы снимите-ка свои матросские рубахи. Одна-две шишки на теле не так заметны и не мешают, как заплывшие глаза.
- Господин губернатор, вы часом ни того? – довольно дерзко сказал сын индианки и постучал себя пальцем по виску.
- А так? – ствол кольта снова принял горизонтальное направление и заставил матросов обнажить торсы.
В это время форштевень шлюпки вспорол линию прибоя.
- Никто никуда не встает: сидим и ждем, - приказал я.

Добавить комментарий

ПЯТИОЗЕРЬЕ.РФ