Лаборатория разума

Скорей бы старость, да в детство впасть.

 

 

Любовь и оборотни

 

Любовь и голуби – это понятно.

Любовь и оборотни – загадка природы.

Расскажу такую историю….

Давно это было. После двух разводов и похорон мамы жил один в большом отчем доме. Мечтал о женщине, в которой готов был раствориться и до скончания дней своих обожать. Работал таксистом на своей машине. Очерчен был жизненный круг: работа-телевизор-сон. Это в будние дни. По субботам – генеральная уборка машине и дому, баня, бутылочка водки, телевизор и сон. В воскресенье отлеживался. Сад с огородом запустил – вокруг усадьбы лопухи в пояс.

Как-то мою машину бабьим летом, слышу – песик мой, который без привязи жил в конуре, кого-то ругает в лопухах на своем собачьем языке. Пошел, посмотреть – вижу, ежик свернулся клубком. Сколько их в блин раскатанных на асфальте пятнами! Жалко стало – отвезу бедолагу в лес. И отвез, рубля не спросив.

Отпустил, присел на пенек – в лесу красотища от серебряных нитей паутинок, пахнет прелью, ягодами и грибами. Ежик тоже принюхался, а потом шмыг под корягу. Вытаскивает в зубах малюсенького котеночка – ну, наверное, вчера только глазки открыл. Но добычею быть не хочет – как хватит ежа когтистою лапой по носу, тот и в сторону отскочил. Потом закружил-закружил, норовя захватить врасплох, но навстречу ему всегда когтистая лапка и спинка дугой.

А я сижу, не шевелясь, боюсь маму-кошку спугнуть – должна же она быть, не может такая кроха одна в лесу жить. Не дождался – взял котенка за пазуху и домой увез. Он и есть самостоятельно еще не мог – все искал в белых тряпочках молочную железу. Я ткнул его мордочкой в блюдце с молоком – он облизался, и дело пошло.

Умудренные ищут признаки половой принадлежности у котят под хвостом, а я смотрю по глазам – если наглые, то котик, если милые и красивые, то кошечка. У найденыша глазки были голубые, красивые, скромные, стыдливые – ну, просто девочка. Я назвал ее Маркизой.

Ночевать она уходила в подпол – не дело.

В углу у входа стояла картонная коробка с пылесосом. Сверху положил на нее круглый коврик из оленей шкуры – вот, Маркиза, твое царское ложе. Положил, погладил – сходу поняла. Как она с него слазила, ни разу не видел, но как залазила – и видел, и слышал.

Как-то субботним вечером, уговорив бутылочку, готовился отойти ко сну. Смотрю, Маркиза, свернувшись клубочком, на меня с печалью поглядывает – скучает, должно быть, о маме, о братьях и сестрах своих. Я тоже – пойдем скучать вместе. Взял ее на диван – погладил шерстку, животик пощекотал. Она под мышкой у меня мурлыкает – сон навевает.

И он не заставил себя ждать – красивый, красочный и загадочный.

Иду я полем, ромашками вышитым; облака, небо, горизонт – все в своих красках. Смотрю, девочка сидит одна – отроду ей годик или два, едва лопочет, ручки к цветочкам тянет. Я понимаю, что это сон, поэтому не удивился – сел рядом, ромашек нарвал, а потом сплел из него венок. Вобщем, все здорово было….

Повторяться этот сон стал каждый раз после бани, водки, и когда Маркиза мурлычет под мышкой. Растет кошечка моя не по дням, а по часам, и девочка из сна вместе с ней. К концу зимы Маркиза уже в кошечку симпатичную сформировалась. И чаровница на ромашковом поле в очень красивую девушку. Мы гуляли, общались, я рассказывал ей за жизнь, она пела и смеялась. Было здорово!  

Все закончилось 7-го марта. Возвращаясь из бани, встретил бывшую подругу моей бывшей жены. Бла-бла-бла, поздравил с наступающим бабешкиным праздником, пригласил домой, угостил коньяком и согрешил. Утром она домой попросилась. Я за руль садиться не стал: хмель еще гулял, а предложил ее проводить. Подавая пальто, видел Маркизу, свернувшуюся клубком на своем царском ложе. Хвостиком мордочку прикрыла – дуется, должно быть, что ночь провел так бездарно и без нее.

Вернулся – нет Маркизы. К вечеру обеспокоенный полез искать – и в подполе все облазил, в доме все проверил углы, все постели перевернул. Мистика! – из дома ей хода нет, только лишь через двери и в облике человеческом. Отчаявшись искать и ждать, сходил однажды на опушку к той коряге, где она прежде жила. Нет следов.

С тех пор немало воды утекло – много было дум передумано. И представляется такая картина: Маркиза – это не кошечка совсем, а превращенная девушка, которую мне судьба подарила, а я бездарно профукал. Должно быть, любила, если из ревности ушла от меня.

Скажите, шизофрения? – да пусть! лишь бы не коммунизм.

А с Вами такое случалось?

Напишите, друзья!

 

Оборотни среди нас

Девушка-кошка

У последней черты

 

Комментарии   

#5 RE: Любовь и оборотниАнатолий 24.02.2018 11:29
- Быть может, - продолжил я, – разгадав загадку Оленичева озера, мы откроем великую тайну жизни и смерти…
Маришка смотрела на меня очень насмешливо. Вот она-то – ее насмешка – и укротила мой пафос: кому говорю? о чем это я? Я даже злобно от нее отвернулся и решился нарочно молчать.
Говорить прекратил, но не думать. Следующая фраза моя должна была быть о вечности жизни – не той, которую пророчит религия, а той, которую дарует природа. Вечная жизнь духа и тела…
Маришка громко расхохоталась, находя в этом злорадное наслаждение. Я обернулся к ней. Господи! да она же пьяна! И это с одной рюмки озерной воды. Впрочем, что пожелала, то и схлопотала. Значит… значит, открыта еще одна тайна Оленичевой воды – исполнение желаний. Во как!
У меня вдруг мелькнула странная мысль. Пристально посмотрел Маришке в лицо и улыбнулся. Девушка-кошка. Господи, она ведь совсем еще ребенок. Она живет одними инстинктами, не умеет анализировать события и думать. Надо заняться ее образованием.
Маришка прекратила хохотать и кажется даже немного протрезвела.
- Не смотри на меня так – отвернись.
Я конечно не отвернулся.
- Я тебя совсем не люблю, - вдруг сказала, точно отрезала.
Я не ответил. Помолчали с минуту.
- Я люблю твоего приятеля Витю, - проговорила она едва слышно.
- Это неправда.
- Стало быть, я вру? Вот уйду сейчас к нему, тогда попляшешь.
Я испугался и на мгновение задумался.
- Это неправда, - повторил решительно. – Ты это выдумала или тебе это кажется.
- Он моложе тебя. И он тоже любит меня. Я заметила его взгляды…
- Ну и иди! Он живет на Набережной улице – синий дом, зеленые ворота…
Я бухнулся на диван и отвернулся к стене. Маришка вдруг прыснула со смеху, совсем как ребенок.
- Знаешь, для чего я сейчас солгала? – вдруг подсела она на диван, повернула меня к себе за плечо и влепила в рот поцелуй. – Чтобы позлить тебя. Ты когда злишься, такой смешной…
Вдруг она опять нахмурилась, как бы опомнившись.
- Я думаю, если бы Виктору досталась, он любил меня как сумасшедший.
Я вздрогнул и поглядел на Маришку – та с ненавистью смотрела на меня. Я сказал ей тихо-тихо:
- Если ты однажды уйдешь от меня, рана на моем сердце не заживет никогда.
Она вздернула носик:
- Не уйду, если перестанешь читать мне проповеди.
- Хорошо, - задумчиво сказал я. – Буду всегда молчать и рот открывать только по твоей команде.
- Ты уж не плачешь ли?
- Нет, милая, я не плачу. Хотя не до смеха мне сейчас от твоих слов.
- Ты должен помнить, что я только телом девушка, а душою я кошка – кошка, которая гуляет сама по себе.
Я вздрогнул и с удивлением посмотрел на нее – что это? озарение? или она читала Киплинга?
- Ты должна понять – ходящая сама по себе – без меня ты погибнешь в этом мире.
- Как ты побледнел! – испугалась Маришка вдруг.
- Ничего, мы сейчас выпьем по стопарику озерной воды, представив что это бальзам здоровья, и станем румяными и здоровыми как папуасы.
- Почему папуасы?
- Сам не знаю. Главное – верить, когда пьешь, и сбудется все.
#4 RE: Любовь и оборотниАнатолий 07.02.2018 11:14
Тут Маришка прервала повествование и взглянула на рюмки:
- Что это?
- Водка.
Затаив дыхание, я наблюдал, как девушка-кошка закрыла глаза и одним глотком осушила из рюмки озерную воду Оленичево. Она застыла без движения, а я вдруг почувствовал, что у меня перестало биться сердце. Взял ее за руку:
- Мариша! Проклятье, Маришка! Скажи что-нибудь!
- Мм, - пробормотала она. – На вишне настояна.
А потом открыла глаза и улыбнулась мне с лукавым видом.
- Черт побери! Я уже думал…
Схватил ее за плечи и притянул к себе. Она обняла меня, и я позволил себе забыть обо всем на свете на одно короткое мгновение, когда жизнь вдруг начала казаться прекрасной. И настоящей…
Наконец отодвинулся, продолжая держать ее за руки, чтобы хорошенько рассмотреть.
- Ты в порядке? – спросил. – Действительно все отлично?
- Думаю да. Я чувствую себя прекрасно. А что ты так разволновался?
Я ничего не мог с собой поделать – снова обнял ее и прижал к себе.
- Я и не знала, что так тебе нравлюсь, - в ее голосе прозвучали шутливые нотки, но под кажущейся легкостью скрывался вопрос. Вопрос, на который почувствовал себя обязанным ответить.
- Я люблю тебя. Очень люблю.
На этот раз Маришка сама отодвинулась и принялась изучать мое лицо своими зелеными глазами. Судя по всему, то, что она увидела, ее удовлетворило, потому что она лишь коротко кивнула.
- Ты славно дрался за меня там, на берегу. Спасибо тебе.
- Это мужская обязанность – женщину защищать.
- Ты – отличный защитник, - заявила она.
- А ты постарайся больше не попадать в подобные ситуации.
После этих слов я не мог смотреть на нее. Когда она ворвалась в мою жизнь, столько неприятностей произошло. Как, впрочем, и приятностей тоже… Что ж, надеюсь теперь все изменится к лучшему. В какой-то момент наших метаний вокруг Оленичево я начал оживать. Маришка появилась на моем пути странным образом и ведет себя, скажем так, не всегда адекватно, но она очень быстро стала мне дорога. Да, вначале я всего лишь собирался ей помочь, но сейчас мне хотелось с ней остаться и жить. Чувствовал, что готов сделать все, чтобы спасти ее, себя и наше с ней счастье. А еще я мечтал о мести. Мне хотелось расплатиться со всеми, кто желает нам зла. Однако не знал, как ей все это объяснить, поэтому просто спросил:
- Ты обещаешь?
Продолжал смотреть в окно, за которым сгущалась тьма, но чувствовал, что Маришка наблюдает за мной. Она придвинулась ко мне, чтобы наши бедра соприкоснулись, и взяла меня за руку.
- Хорошо. Слушай, мы пойдем сегодня ночью на Оленичево?
- Конечно, черт побери, - ответил я. – Мы должны разгадать его тайну, иначе не жить нам спокойно.
- Здорово!
Услышал в ее голосе облегчение и едва сдержался, чтобы не фыркнуть.
- С другой стороны, - решил немного ее подразнить. – Ты почему-то его боишься. Даже водой боялась умыться. А вот выпила и приняла за водку, настоянную на вишне.
Она быстро повернулась ко мне:
- Это правда? Ты подсунул мне болотную воду, не боясь, что отравишь?
- Это был эксперимент. В полторашке действительно вода из твоего озера. Но я представил, что это водка и захмелел. Предложил тебе. Ты выпила и раз хотела того – получила вишенный привкус. Это еще одна загадка Оленичево! Не правда ли, жизнь становиться все более интересной.
#3 RE: Любовь и оборотниАнатолий 24.01.2018 11:33
Грустно это все… годы промчались, остались только воспоминания. Жил, любил, любили меня – теперь беспросветное одиночество. Впрочем, в конце концов я вспомнил о прелестной гостье, которая безмятежно спала на диване.
Взглянув на нее, почувствовал мужское желание – разделся и ринулся под бочек.
Она тут же проснулась и запротестовала.
- Расскажи лучше сказку, а я подумаю достоин ты ласки или нет.
Снова женские штучки! Но куда деваться? Я начал рассказывать одну из лучших своих историй, которую однажды придумал внучкам – сказку про дракона, лошадь и ведьму с зелеными волосами. Но только-только я начал, как Маришка зевнула и заявила:
- А я знаю сказку гораздо интереснее.
Меня заинтриговало – откуда вчерашняя кошка может знать интересные сказки? Шарля Перро начиталась на дне болота? Скорее всего в том доме, где жила муркой хвостатой. Может, она и читать умеет?
- Ты эту сказку где-то прочла? – спросил я.
Маришка покосилась на меня краем глаза.
- Это сказка из жизни.
- Расскажи.
- Сначала я хочу поесть.
Оставшуюся часть дня мы сохраняли молчание. Мне не хотелось себе в этом признаваться, но оно беспокоило меня. Одиночество отучило меня от болтливости, а сейчас нравилось ее щебетанье – очень приятный голос у девушки. А сейчас она сидит за столом, уставившись в тарелку, и ужинает в задумчивом молчании.
После ужина я прилег на диван. Маришка уселась в кресло.
- Ну, солнышко, расскажи мне сказку из жизни.
Нахмурившись, она взглянула на меня.
- Ты не будешь смеяться? – спросила она робко.
- А там сильно смешной сюжет?
Маришка моргнула.
- Наверное человеку покажется смешной жизнь простой кошки.
- Или грустной.
На лице моей гостьи появилось странное, необычное выражение. Было похоже, что ее мысли улетели далеко-далеко, в какой-то иной мир. Ее глаза смотрели в пространство. Через некоторое время она прошептала:
- Надо думать.
Больше она ничего не сказала. Она даже не обратила внимания, что я налил две рюмки озерной воды из полторашки и поставил их на журнальный столик. Прошло немало времени, прежде чем Маришка вышла из транса. Это произошло совершенно неожиданно. Еще секунду назад ее мысли витали где-то далеко, и вот они вернулись в квартиру. Она открыла глаза и, поморгав, как будто спросонья, посмотрела на меня. Потом она самодовольно усмехнулась и тихо произнесла:
- История из жизни кошки.
К этому времени за окном помрачнело, и по стеклу застучали мелкие капли дождя.
Когда Маришка начала рассказывать, я слушал ее, затаив дыхание. Она, не торопясь повествовала, как в доме одной семьи жила-была кошка – отличная охотница на крыс и мышей. Дети любили ее, взрослые кормили, но всегда топили ее новорожденных котят. Ей было жалко свое потомство, но она была послушной кошкой и подчинялась воле хозяев. Однажды она сбежала из дома, чтобы родить на воле и сохранить жизнь своим котятам. Она принесла приплод в лесу под корягой. Ей приходилось много охотиться, чтобы в достатке было молока для шестерых пока еще слепых и беспомощных котят. Кошке везло – добычи и молока было в избытке; котята росли как на дрожжах. Они уже открыли глаза и хотели взглянуть на мир, который был полон опасностей. Мама-кошка предупреждала их – из уютной пещерки никуда без ее разрешения.
#2 RE: Любовь и оборотниАнатолий 12.01.2018 06:15
Итак, одну из особенностей Оленичева озера я распознал – вода его молодит и повышает потенцию. Возможно она сродни наркотикам и обладает теми же действиями. Ведь они бывают разными. Одни стимулируют кровообращение, другие – работу сердца, третьи помогают расслабиться, четвертые усиливают отделение слизи… Не все из них обладают галлюциногенными свойствами.
Но аура загадочности по-прежнему окружало озеро. Не во все свои секреты оно посвящает случайных посетителей. Надо проявить настойчивое желание, чтобы еще чего-то добиться.
- Так или иначе, но тут не все ясно, - заявил я, когда мы вернулись домой. Продемонстрировал Маришке полторашку с озерной водой. – Я прихватил пробу, будем экспериментировать.
Налил в две рюмашки.
- Давай-ка попробуем – думаю, не отравимся.
- Я не буду, - заявила Маришка.
- Почему это?
- Хочешь, чтоб снова превратилась в кошку?
- А я выпью. Представлю, что это водка, и выпью. Может, руки перестанут дрожать.
И выпил залпом. Озерная вода действительно обожгла внутренности. Или показалось? Ведь руки не перестали дрожать – когда ставил стопарик, он дятлом стучал по столешнице. Наверное, надо еще. И осушил рюмашку, налитую для Маришки.
Гостья моя легла спать, а я засиделся за столом – нахлынули воспоминания чередой. Общага и Таня, стройотряд и Нина, Куба и Галка… приятные грехи моей молодости. Третий стопарик я осушил, чтобы представить все происходившее между нами в деталях.
Каменка и Оля. Она достала колоду карт.
- Я сейчас тебе погадаю.
Не успел я ответить, как она встала на колени и извлекла из чемодана под кроватью колоду карт. Стала тасовать…
- Я в это не верю, - заявил.
- Потому что ничего не понимаешь, - она села на пятки и похлопала рукой по полу. Он был дощатый, неровный растрескавшийся, покрытый домотканой дорожкой. Еще некрашеный и немыслимо грязный – такие пола хозяйки скребут ножом перед праздником.
Я опустился рядом с ней на колени.
- Что бы ты хотел узнать?
Я не ответил. Я любовался ей. Мне было уютно сидеть рядом с ней.
- Тогда я погадаю на нас с тобой, - склонила голову набок и начала раскладывать. – Расклад хороший. Будут неожиданные перемены – ко мне любовь придет нечаянная. И будет удача – возможно, богатство…
- Значит, ты скоро выйдешь замуж за богатого?
Она засмеялась:
- А ты не хочешь разбогатеть?
Конечно, гадание ничего не значило. Я и не верил в него. Но все же спросил – задал единственный вопрос, интересовавший меня тогда. Я задавал его себе каждое утро, когда просыпался; каждый вечер, когда ложился спать.
- Что будет с моим браком?
Оля нахмурила лоб:
- Ты уверен, что хочешь услышать?
- Говори.
Она еще положила карты из колоды в раскладку:
- Вижу тебя холостым и свободным.
Я схватил ее за руку:
- Ты говоришь неправду. Либо она, либо ты.
- Никого рядом с тобой нет.
#1 RE: Любовь и оборотниАнатолий 02.01.2018 10:57
Оказывается, это соловей ее так пленил – вот романтичная натура!
Здесь, среди редких берез и густых кустов краснотала, в изобилии росли камыши, уходившие в воду, и еще полевые цветы, вплотную подступавшие к ним. В лунном свете они казались розовыми, желтыми и белыми звездочками. В камышах беспокойно крякала утка, и ее призывный зов был единственным звуком на всю окрестность.
- Здесь нам не подойти к воде, - посетовал я.
- А надо?
- Нам надо найти проход в камышах. Пошли вокруг, и будем смотреть.
- Ты что, искупаться хочешь? Я не полезу в воду.
- Надо попробовать. Я хочу на себе испытать, что это озеро может вытворять.
- Оборотнем станешь – ужасным-ужасным, - усмехнулась Маришка.
- Ну и пусть.
- А я снова кошкой. Так что уж лучше я на берегу останусь... человеком.
Мы пошли вокруг озера, выглядывая проход к чистой воде. А тем временем небо на востоке становилось все светлее и светлее. Приближался рассвет.
Наконец чистина нашлась. Только Маришка сказала – именно в этом месте на дне и лежит та утопленная девушка, по чьему подобию ее сотворили из кошки. Тем не менее, я разделся, аккуратно сложив с себя всю одежду. А Маришка бесцеремонно уселась на нее с видом – вы как хотите, а мне здесь удобно. Никогда не устану восхищаться ее дипломатичностью.
- Хорошо, сторожи, я только разок окунусь.
И пошел в воду совершенно голый. Когда гениталии скрыла вода, обернулся к подружке.
- Если в пса превращусь, не сади меня на цепь – сделай комнатной собачкой.
Зубы ее блеснули улыбкой. А я рыбкой нырнул в темную воду.
Сколько хватило дыхания, проплыл под водой, потом еще немного «вразмашку», полежал на спине и повернул к берегу. Трупа утопленной девушки не обнаружил на дне, не искал и не верил, что он там может быть. Выходя на берег, как собака, энергично встряхнулся всем телом – вытереться было нечем – и чтобы Маришка улыбнулась, бодро два раза протявкал: «гав-гав». Ни капельки не жалел, что искупался: во-первых, взбодрился, а во-вторых, это был шаг в поисках истины – что же такое творится на этом озере?
Я ждал насмешки в глазах Маришки, но смотрела она на меня с удивлением.
- Это ты?
- Возникли сомнения?
- Да ты посмотри на себя?
Я с беспокойством оглядел свои члены – ну мокрый, ну голый…
- А в чем дело?
- Ты как-то весь помолодел, потемнел, даже сутулиться перестал. Говори – чем седину закрасил?
- Да я же мокрый! Ну, ты, блин, скажешь – «помолодел»…
- Но я же вижу. Давай любовью займемся.
Мне было зябко, мужское достоинство должно было съежиться до минимальных размеров. Прежде чем опустить глаза, я подготовил себя к его неприятному зрелищу, но с облегчением увидел, что мне совсем нечего стыдиться. А Маришка уже стягивала с себя одежду. И я уже наступал на нее – губы раздвинуты то ли в похотливой улыбке, то ли в животной гримасе нетерпеливого самца; ноги напряжены как и руки, как и прочие части тела; дыхание глубокое, но прерывистое, выдающее крайнюю степень возбуждения – наступал мужчиной, готовым испытать свои тело и силы на выносливость в бесконечном совокуплении.
Взгляд мой уже давно оторвался от созерцания своего достоинства и переместился на девушку. Там тоже было на что посмотреть. И рассвет позволял это делать.
Последние шаги, и, наконец, распростертые объятия девушки-кошки.
Несколько мгновений спустя окрестность взорвалась ее сладострастными стонами – соловей стыдливо умолк, и даже утка перестала крякать, внимая звукам нашей страсти.

Добавить комментарий

ПЯТИОЗЕРЬЕ.РФ